После обжигающе горячего душа я надеваю теплый халат, завариваю самую большую кружку чая и закутываюсь в одеяло. Я все еще не могу согреться. Хочу спать, но как только закрываю глаза, перед ними тут же встают образы, от которых стынет кровь, я подскакиваю, несусь по квартире в поисках кота. Он мой оберег. Он и кулон на шее. Хватаю Басю, прижимаю к груди, зарываюсь в мягкую шерсть, в руке сжимаю сердце, опутанное колючей проволокой. Подарок Дениса. Да, я его сохранила. Оно для меня по-прежнему осталось более чем ценным. Я изо всех сил стараюсь прогнать предательскую дрожь.
Усталость все же берет верх, и я проваливаюсь в сон.
Темная комната, освещенная лишь светом свечей. На столе стоит старый череп какого-то животного. Человек в черной мантии стоит в углу. Я вижу его страшный, пронизывающий взгляд из-под капюшона. Я хочу уйти, но не могу. Он меня как удав держит своим взглядом.
- Садись! - командует он. Я слушаюсь. Он так же опускается на высокий стул напротив. - Ты хочешь спасти свою душу? - спрашивает он.
- Да, - шепчу я.
- Дай сюда свою руку, - я вытягиваю ладонь вперед. С ужасом смотрю, как мой мучитель заносит вверх старинный стилет, острое лезвие блестит в свете луны, медленно опускается над моей беспомощно раскрытой ладонью и наносит болезненный глубокий порез. Начинает капать кровь. Призрак собирает ее в старинный бокал, в котором уже плещется какая-то жидкость. - Пей! Это откроет тебе двери в новую жизнь.
- Я не хочу!
- Это не имеет значения! Ты уже принадлежишь тьме! Когда будешь готова, ты станешь выше всего на этом свете. Ты станешь моей!
Просыпаюсь резко с тяжелым хрипом, сажусь в кровати и еще долго пытаюсь прийти в себя. Это опять началось. Он опять пришел ко мне во сне. Значит, скоро найдет меня! Смотрю на свою руку, на давно заживший шрам на ладони, но он опять начинает ныть. Что делать? Что делать? Что делать?
Если я расскажу папе, он снова вернет меня в свой дом и приставит ко мне охранников, врачей, психологов и бог знает, кого еще. Я не хочу этого больше. Все это мы уже проходили. Не помогло. Тем более, что нервничать им сейчас нельзя, особенно Наташе, которая как раз ждет второго ребенка. Девочку, насколько я знаю. Вот родят себе нормальную дочь, правильную, а не со свернутыми мозгами. А я одна буду. Одна. Бася меня защитит.
Я иду, включаю свет во всей квартире. Вдруг раздается трель входного звонка. Я буквально подпрыгиваю от резкого звука. Со страхом крадусь в прихожую, смотрю в глазок. Отпускает. Это папа прилетел. Открываю дверь. Папа зол, буквально мечет в меня молнии.
- Яна! Какого хрена! Почему телефон вне зоны доступа?
- Я его разбила.
- И? Неужели нельзя купить новый или еще как-то сообщить, что ты жива-здорова! Мне пришлось сорваться на два дня раньше из командировки!
- Не стоило! Со мной все в порядке!
- В порядке, почему тогда вид такой бледный? С тобой точно все хорошо?
- Да. Проходи!
- Я на минутку. Прямо из аэропорта к тебе сорвался! Ты меня однажды все же доведешь до сердечного приступа!
- Все хорошо, - как заведенная повторяю я.
- Надеюсь, так и есть! Помнишь, мы с тобой договаривались, если тебя что-то будет беспокоить, ты не скрываешь, сразу говоришь мне. Да?
- Да! Помню. Только на таких условиях ты разрешаешь мне жить на отдельной территории.
- Яна. Ты же знаешь, что мое беспокойство не беспочвенно. Ты таблетки пьешь, которые доктор прописал?
- Да, - вру я.
- Хорошо. Дочь, я же люблю тебя и переживаю. Иди сюда, обниму тебя, я соскучился, - позволяю себе замереть на минуту в папиных объятиях, так хочется расплакаться, но я не могу себе этого позволить. Провожаю папу, дав еще раз обещание разобраться с телефоном и всегда отвечать на звонки.
За ночь мне не удается сомкнуть глаз. Я беспокойно прислушиваюсь ко всем шорохам и звукам. Мне кажется, что ОН здесь. Прямо за этой дверью, поэтому я не выключаю свет, только крепче сжимаю в руках кота и молюсь, чтобы быстрее наступило утро. Когда первые лучи окрашивают небо, я все же засыпаю, на сей раз без сновидений. Просыпаюсь поздно. Решаю все же выбраться в магазин, потому что в доме совершенно нет еды, и если ко мне аппетит по прежнему не вернулся, то Бася мне не простит голодовки. Выхожу на улицу и бреду в ближайший супермаркет. Хорошо, что у меня все еще осталось немного налички. Покупаю какие-то продукты, корм для Баси, иду назад, когда меня кто-то окликает. Обернувшись, с досадой узнаю Кольку.
- Яна, стой!
- Исчезни, а, - устало прошу я.