Затем его взгляд снова вернулся ко мне, он сглотнул и пошёл на своё место, прямо напротив меня! Он легко отодвинул свой стул и сел, развалившись на нем. В его движениях чувствовалась грация, а сам он был на все сто уверен в себе.
— Максим, знакомься, это Дмитрий Геннадьевич, папин партнер, его сын Никита и дочка Катя, — представила нас Надежда.
Он оглядел нас, улыбнулся кривой улыбкой и перевёл свои холодные глаза на меня.
— Понятно.
ЧТО? Даже не «Приятно познакомиться», придурок он и есть придурок.
Николай Валериевич поджал губы, а Надежда взяла его за руку в качестве поддержки.
— Сколько тебе лет, Кать? — спросил меня Фролов старший.
Все внимание направилось на меня, в том числе и внимание Максима.
— Девятнадцать в этом году будет, — ответила я.
— Ого, значит ты учишься в университете? — подхватила Надежда.
— Да.
— И в каком же? — поинтересовалась та.
Ох, блин! Наши взгляды с Максимом встретились. Он приподнял бровь, ожидая ответа, и улыбнулся краешком губ, достал телефон, уткнулся в него и начал что-то печатать. Хитрый лис.
— Ну-у, в ин.язе, — ответила я, ожидая их реакции.
Надежда и Николай взглянули друг на друга. А Максим удовлетворенно кивнул своим мыслям.
— Максим тоже там учится — сказала его мама, — вы знакомы?
Теперь она уже обращалась к нему. Ну, давай, мистер Очевидность.
Максим отвлёкся от своего дела, взглянул на свою мать, а потом на меня.
— А, да, пару раз пересекались, — ответил он и опять уткнулся в телефон.
Я улыбнулась его родителям и своему отцу. Было жутко неудобно перед ними, хотя я и не виновата. И это не я веду себя как настоящий идиот! Это все он!
— Трудно учиться? Этот институт славится хорошим образованием и преподавателями, так что чтобы его окончить, нужно постараться, — сказал Николай Валериевич.
Да что вы? И это мне говорит тот, кто запихнул своего сынишку в университет.
— Да, конечно.
Дзынь, дзынь...
— Простите, — извинилась я и достала телефон.
СМС в “ВК"
Максим: Долго будешь строить из себя пай-девочку?
Серьезно? Поднимаю на него удивленный взгляд и попадаю в плен холодных глаз.
Не пойму, как у таких чудесных людей появился такой придурок?!
Меня отвлекает звук сообщения.
Максим: Какого хрена ты тут забыла?
Смотрю на взрослых. Они все болтают о чем-то увлечённо, даже не замечая, как двое их детей сидят в телефонах.
Катя: Почему ты такой злой?
Максим: А почему ты такая жалкая?
Дебил... Жалкая?
Смотрю на его довольное лицо. Идиот.
Дзынь-дзынь...
Новое сообщение.
Максим: И да. Прекрати пялиться на меня.
Катя: Не бойся, больше не буду.
Урод.
Блокирую телефон и убираю его в сумочку. Господи, как же я его ненавижу.
К нам подходит официант и начинает принимать заказы. Максим заказывает стейк, ещё бы, охотник хочет мяса.
— Что-то из напитков? — спрашивает красавчик-официант.
— Может сегодня всем вина? — предлагает Николай Валерьевич, — все уже достаточно взрослые.
— Эй, а я? — подаёт голос Никитка.
— Прости, друг, но тебе мы можем заказать виноградный сок, почти тоже самое, - пожимает плечами Фролов старший. Затем он переводит взгляд на меня, — Кать, давай за компанию? Дмитрий, Вы не против?
— Да нет, пусть, — отвечает папа.
— Вот и отлично. Я надеюсь, что у тебя проблем с алкоголем нет? — смеется он и смотрит на меня.
Я слышу чей-то смешок. Конечно, кто же это ещё может быть? Максим.
Я вспоминаю ту вечеринку. И Максим, кажется, тоже. Когда меня вырвало от переизбытка в моём организме алкоголя.
— Нет, спасибо, — проговорила я, — пожалуй я присоединюсь к брату. Мне виноградный сок, пожалуйста, - обращаюсь я к парню официанту.
Он улыбнулся мне и посмеялся.
— Хорошо, обязательно проверю, чтобы не перепутали, — сказал он.
Александр, как звали официанта, был где-то нашего возраста. Скорее всего тоже студент, просто подрабатывает. Он был милым и приятным на первый взгляд. Когда наши глаза встретились, он кивнул мне, и его взгляд опустился вниз, к моему декольте.
— Эй, чувак, все что нам надо, мы заказали, можешь валить, — раздался грубый голос Максима.
Ну почему он не может вести себя нормально?! Обязательно грубить!?
— Д-да, конечно, — пролепетал тот и ушел.
Куда ты, красавчик?
Все неодобрительно смотрят на Максима, ну, практически все, я не смотрю. Мне же нельзя.