После ее сообщения, где она написала, что не будет на меня смотреть, она, бл*ть, не смотрела! Уткнувшись взглядом в скатерть, блюдо или в свой еб*нный сок, который принёс ей этот парнишка с трубочкой в виде фламинго. Что за детский сад? Я не сомневался, что она не протянет и минуты, но она реально не обращала на меня свои зеленые глаза. Вообще нет.
— Мне кажется, вы очень заинтересовали одного молодого человека, — произнёс радостно отец.
Мы одновременно повернулись в ту сторону, куда указал он. И, угадайте, кого же мы увидели? Правильно, этого долб*еба-официанта.
Так и истекал слюнями, смотря на Катю. Придурок...
Еще и отец вмешался.
«Ещё одна выходка», — пролепетал он, когда я высказал своё мнение. Бла-бла-бла, много раз слышали.
Мама начала успокаивать его, в Катя грустно посмотрела на них.
Так, а это ещё что за фигня?
Она улыбнулась своим мыслям, и я только что понял, что видел ее улыбку в первый раз. Но она была не мне. Со мной она обычно злая. Как понять этих женщин?
После ее едва уловимой улыбки, которая сделала ее еще чудесней, хоть и мысли были далеко не самыми лучшими, она посмотрела на меня. Впервые за вечер посмотрела на меня. У меня аж сердце екнуло.
Глаза ее было наполнены грустью, о чем она думает? Я бы сейчас все отдал, чтобы она орала на меня или ругалась, а не смотрела такими печальными глазёнками. Мы же все, бл*ть, должны радоваться, собрались вместе. Но я и Катя были не в своей тарелке.
Вдруг она опустила свой взгляд, пробормотала что-то типа «Извините» и ушла, как я понял, на поиски уборной.
Если честно, то у меня даже были мысли пойти за ней , догнать, вытрясти всю дурь из ее башки, но мы же с ней опять покусаемся как собаки. По-другому же мы не можем, бл*ть. Да и тем более странно бы это было, если бы я побежал за ней. Что это мне так стало интересно, что же с нашей бедняжкой случилось. Ей повезло, что я вообще с ней за одним столом сижу. П*здец, что делать.
Ее не было уже минут десять, не может же она так долго сидеть в своём туалете. Что она, бл*ть, там забыла?
А может что-то случилось? Да не, что может произойти за десять минут. Хотя, если рассудить, то в таком наряде она быстро найдёт себе приключений на ее аху*нную задницу.
Мысли начали путаться, а вдруг там к ней какой-то мужик пристает. Бл*ть, ну почему меня это волнует?!
Затем взгляд сам опустился на ее бокал с фламинго, и до меня дошло. Чертов официант. Оглядел быстро зал, его нигде не было, точно с ней.
Сука...
Я погрузился опять в свои мысли. Надо идти к ней, он щас ее там изнасилует нах*й.
Или не стоит...
Бл*ть...
Тут мой взгляд сам поднялся, вообще не еб* почему, но там была она. Шла, улыбалась, щеки покраснели.
Я щас ее нахр*н убью. Как шлюшка бегает по парням, а потом выставляет себя белой овечкой. Ну, ничего, мы поговорим. Только попозже чуть-чуть.
— Катя, дорогая, где ты была? — спросила мать.
— Э-э-эм, — слишком долгое молчание. Давай, говори, где ты была, а точнее с кем, — мне было не по себе, — закончила она.
Ага, конечно, а мне кажется, ты себя отлично чувствуешь, дрянь.
Я сжал кулаки, они ещё о чем-то болтали, но я не слушал, как и весь вечер тоже. Продолжал упорно смотреть на пылающие щеки Кати и на то, как она искусно врет. Стерва.
Тут ей пришло сообщение. Так-так. Я выпрямился, чтобы увидеть хоть что-нибудь. Она достала свой мобильник и начала читать. Позже она хихикнула, прикрыв губы рукой.
Черт, с*ка, точно этот долба*б пишет!
Она начала печатать, когда заиграла музыка в ресторане. Под эту песню всегда танцуют мои родители, да и не только они. Я посмотрел быстро на ее отца, он, кажется, хотел пригласить Катю. Ну уж нет, мне это нужнее.
Я быстро встал, подошёл к Кате и подал руку.
На меня уставился ее вопросительный взгляд, а сам телефон она спрятала под скатерть, чтобы я не увидел. Черт.
— Что? — спросила она.
А ты будто не понимаешь, бл*ть.
— Пошли, — сказал ей я.
— Куда?!
Я вздохнул с отчаянием.
— Господи, я приглашаю тебя на танец.
Она теряется. Отлично, этого я как раз и ждал.
— Максим, я не думаю, что это хорошая иде... АЙ! — вскрикивает она, когда я поднимаю ее на ноги одним рывком.
Ее отец внимательно смотрит за происходящим, поэтому, обхватив нашу мисс Недоступность за талию, я говорю ему:
— Димитрий Геннадьевич, я надеюсь, вы не против?
— Да н-не, — неуверенно говорит он.
На его бы месте, я бы сказал «да». Такому как я, я бы вообще не доверял!