Тело девушки затекло ото сна; оно и ясно, если спишь в неудобной курьерской одежде. Она выворачивается, ерзая по дивану и вынуждая его пружины мерзко поскрипывать, а Макс начинает нервно кашлять, ведь девушка раз за разом вжимается в его пах, вырывая тихий стон из прикрытых губ. Света слышит и замирает, кажется, что она даже перестает дышать, пока прислушивается к образовавшейся вокруг них тишине. Максим сейчас мог бы оправдаться, мол, нет, Свет, я не издавал никаких звуков, прости, тебе просто показалось.
Одна деталь: Максим только что застонал прямо на ухо девушке. Оправдания бесполезны.
— Скажи, что это был стон боли, — просит Света по-суровому серьезным тоном.
— Это был стон.
— Стон боли? — вынужденно повторяет девушка, и в мыслях надеется на отрицательный ответ. Света всем своим видом показывает: «Скажи „Да“, Максим, просто скажи, что это мне показалось».
— Ну, — Максим чешет затылок. — Стон… Простой…
Неожиданность завладевает ситуацией: и Света, до этого не двигавшаяся с места, быстро меняет позиции, прижимая костлявого юношу к обшивке дивана, и спрыгивает с дивана. Вопреки ее страшнейшим ожиданиям — Максим не бежит за ней, чтобы повалить и изнасиловать. Он виновато смотрит куда-то вниз, влево, вправо, на потолок, — да куда угодно, старательно избегая девичьих глаз напротив. Им стоило оставить дурацое шоу, чтобы хоть их смешные голоса скрашивали давящую атмосферу.
— Максим, — девушка нервно сглатывает.
— Прости, мне стыдно за это. Я пойму, если ты сейчас же уйдешь.
Девушка, решив перевести тему, улыбается и говорит:
— Ты мне еще деньги за пиццу не отдал, куда я уйду.
— Я имею в виду другое.
— Что же?
— Я хочу дружить с тобой и дальше. Но если ты решишь, что...
— Да все нормально, ты же ничего со мной не сделал.
Максим поднимает взгляд и смотрит на нее. На припухлых губах играет искренняя улыбка, а в глазах плещатся искорки детской невинности и глупости. Сколько же ей лет, если она все еще сохранила в себе эти прелестнейшие черты? Макс не может не улыбнуться ей в ответ.
— Мы можем дружить? — спрашивает он.
— Конечно, - и она улыбается еще шире.
— А встречаться? Когда-нибудь в будущем? - вновь интересуется мужчина.
— Если я отвечу «да», что ответишь ты? — шепотом, с легкой улыбой ответчае девушка, облизывая алые губы и бегая взглядом по лицу мужчины.Они слишком близко, чтобы она могла бы быть способна смотреть на всего парня целиком — и приходится рассматривать его отдельные частички: родинки на щеках, пробивающуюся щетину, неровный ряд ресничек и красные сосуды в уголках глаз.
— Я с радостью предложу тебе встречаться.
И дальше, не дожидаясь продолжения разговора или разрешения, Максим решает все сам. Да потому что ему все ясно — припухшие и розовые губы, конечно же, хочется поцеловать. Он впервые так сильно желает чего-то. Чего-то, что он не хочет покупать за деньги, чего-то, что хочется добиться самому. Не секрет, что его, наследника богатейшей корпорации, многие хотели взять в мужья либо даже просто переспать— ведь не хотеть такого, как он, согласитесь, нереально, — только вот сам Максим не хотел. А сейчас хочет.
Мужчина опускает голову ниже, позволяя колючей челке коснуться чужого лба и пощекотать его, утыкается кончиком носа в щеку девушки и обхватывает губами ее верхнюю губу. Он тянется к ней, закидывает руки на тонкую девичью шею, заплетает пальцы в волосы на затылке, оттягивает их и вынуждает Свету чуть нагнуться, чтобы сойтись в мокром поцелуе. Во взрослом и пошлом поцелуе.
Света несогласно мычит и упирается ладошками в грудь парня, не позволяя наклонить себя, и продолжает прикусывать его губы, чтобы разорвать поцелуй. Она громко выдыхает, обхватив лицо парня за щеки двумя ладонями в попытке отодвинуть мужчину. Ее глаза в панике распахнуты -- Света наивно пытается найти вокруг кого-то, кто смог бы помочь.
Максим всегда славился своей настойчивостью. Он добивается своего во что бы то ни стало: он затягивает ее губы в нежный, невесомый поцелуй.Вся инициатива лежит на нем, в то время как девушка все стискивает зубы еще сильнее.
Его беспрекословная власть и помутнившееся за одну ночь сознание в совокупе дают ужасный итог. Света недовольно мычит в поцелуй, сжимая губы как можно плотнее. Когда воздух становится разгоряченным, Максим, вздохнув, отрывается от ее губ. Нежно целует подбородок, оставляя на нем мокрый след слюны, а потом проходится робкими, частыми поцелуями по линии скул и спускается к шее. Закусывает кожу и оттягивает ее зубами, зализывая всей площадью языка свои укусы. Девушка дрожит и нервно выдыхает, прикрывая глаза и сжимая дрожащие от губы в тонкую линию. Максим слышит, как тяжело она сглатывает ком, вставший в горле.