– Всё. Убежала работать. Если, что я в зале, – бросила на прощание Настя и торопливо вышла.
Я осталась одна. В растерянности, теребила ремешок своей сумки, испытывая жуткую неуверенность.
Громкая музыка стихла, а фоном осталась лишь какая-то спокойная аранжировка и голоса посетителей. От мысли, что мне нужно будет выйти и петь перед ними, по телу прокатилась волна дрожи. Мне еще ни разу не приходилось выступать на публике. Было страшновато.
Дверь распахнулась, и на пороге замер молодой парень, в белой рубашке и черных брюках. Из-за его ступора, шедший позади второй молодой человек, чуть не столкнулся с ним.
– Ты, чего Лёх? – проворчал недовольно полноватый высокий брюнет.
– Ангела увидел, – пошутил этот Лёха и широко мне улыбнувшись, наконец-то прошел в комнату.
– Здравствуйте, – набравшись смелости, заговорила я, – Меня зовут Олеся, я ваша новая солистка.
– О как! – воскликнул радостно брюнет, – Я Игорь, клавишник, это Лёша, он у нас гитарист, – представился он.
– Наконец-то у нас будет дама, – доставая пачку сигарет из кармана, покивал Лёха, закуривая, – А то одичали уже. Да и гости скучают от наших заунывных композиций.
– А что обычно у вас исполняют? – перешла я к сути, – Как часто надо выступать?
– Репертуар стандартный, – инструктировал Игорь, он видимо был в этом дуэте главным, – Гагарина, Асти, иногда Ваенгу просят, ну еще зарубежное можно, если язык знаешь. По времени... С восьми и до последнего посетителя. Работаем с пятницы по воскресенье.
– Ясно, – пробормотала задумчиво, понимая, что мне срочно нужно было выучить побольше песен.
– Давай, готовься, через минут десять пойдем в зал. Накидай сразу, что будешь исполнять, – доставая из шкафа бутылку воды, поторопил меня Игорь.
Я судорожно, вспоминала, что знаю наизусть, диктуя Лёше, он кивал и записывал за мной в телефон.
– Не трясись ты так, – хмыкнул он, наблюдая за моим взволнованным состоянием, – Большая часть не слушает, вторая пьяная уже вдрызг.
– Пошли, – глянув на часы, махнул нам Игорь и мы вышли на сцену.
Меня охватила волна паники. Тускло освещенный зал «Баллады» был и вправду роскошным.
Стены были украшены лепниной с золотыми прожилками. Бордового цвета бархатные портьеры, скрывали посетителей с улицы от посторонних глаз и элегантно ниспадали до пола.
Хрустальные люстры освещали теплым, манящим светом столы, заполненные посетителями, оживленно беседовавшими.
Быстро оглядела интерьер. Плюшевые бархатные кресла, блестящий бар из красного дерева и мягкий мерцающий свет свечей на столах, делали атмосферу по истине царственной.
Но что привлекло мое внимание, так это VIP-стол, расположенный в укромной нише, его тяжелые шторы были задернуты, окутывая это место таинственностью.
Глубоко вздохнув, я подошла к микрофону. Стоило ребятам начать играть, как мое сердце сорвалась в бешеный скач. Оно колотилось в груди, как сумасшедшее, ладони вспотели, руки подрагивали.
Голос мой слегка дрожал от волнения. Но постепенно я расслабилась. Музыка словно текла сквозь меня.
Болтовня публики как-то сама собой затихла, и посетители обратили свое внимание на сцену. Я вложила в песню все свое сердце и душу.
Музыка кружилась вокруг меня, окутывая своими нежными волнами. Она словно живая, вплеталась в кислород и проникала в каждого, кто находился в этом зале.
С последними нотами песни на шикарный ресторан опустилась гулкая тишина. Спустя мучительно долгие пару секунд раздались тихие аплодисменты, которые сразу перехватили другие посетители.
Смущенно улыбнулась, пряча лицо за волосами. Это был момент чистого восторга, а чувство гордости буквально захлестнуло меня с головой.
И в этот момент, словно в насмешку, шторы VIP-стола кто-то распахнул, и я ощутила на себе чей-то жгучий, до мурашек пробирающий взгляд.
Рассмотреть, кто там такой деловой, не успела. Ребята, воодушевленные успехом, начали следующую композицию, и я пританцовывая, погрузилась в ее исполнение.
Но где-то на уровне инстинктов, я ощутила, что произошло что-то не поправимое ...
Глава 8
Стойко игнорируя нервный зуд, исполняла композицию за композицией. Голос мой разносился по залу, всё так же привлекая всеобщее внимание. Меня будто заклинило, не могла смотреть никуда, кроме столика прямо перед собой.
Чей-то обжигающий взгляд продолжал скользить по мне, очень отвлекая. Я ощущала его физически и очень хотела скинуть с себя, словно шерстяную кофту, в которой не уютно.