— Вы сейчас назвали меня особью? — нахмурившись, я вперила в прокурора ледяной взгляд.
— Я… э-э-э… прошу прощения? — Мужчина моментально стушевался под моим давлением.
— Нет. Не прощаю. Что конкретно говорится в ваших исследованиях?
Основной акт начался. Мы дошли до точки невозврата. Пока прокурор суетливо разворачивал свои распечатки, я посмотрела на Каина. Заметила темную кровь под толстой сталью наручников. Мой альфа был зол, но молчал, доверяя мне. Балансировал на самой грани уничтожения всего живого в этом зале.
— Говорится, что в случае доминантности истинная пара не играет ключевой роли. Омега является достоянием общества и обязана рожать потомство от разных сильных альф, чтобы восполнять глобальную потерю редких генов. — Прокурор весь сжался.
К концу фразы его голос стал совсем тихим. Давление аур присутствующих альф союза ощущалось физически нестерпимо даже мной. Воздух превратился в свинец. Наши люди были в абсолютном бешенстве от услышанного.
— У вас есть сестры, господин Гаред? — мягко спросила я, окончательно сбивая мужчину с толку спокойным тоном.
— Да, но какое это имеет…
— Так вот. В этом году, исходя из официальной переписи населения, зафиксирован критически низкий показатель рождаемости. В нижней части нашего города проживает огромное количество людей, не имеющих семей и детей. Вы лично готовы возложить на хрупкие плечи вашей родной сестры эту важную государственную миссию по спасению генофонда? Я знаю около двадцати мужчин из изолятора, которые скоро выйдут на свободу и будут очень нуждаться в потомстве. Отдадите им сестру ради достояния общества?
Лицо прокурора пошло красными пятнами ярости. Он задохнулся от возмущения.
— Ты не путай себя и мою сестру! Она человек, а ты…
— Я услышал достаточно. Можете не утруждать себя продолжением.
Резкий звук отодвигаемой по дереву скамьи заставил всех присутствующих вздрогнуть и обернуться. Илай медленно поднялся в полный рост, возвышаясь над залом как скала.
Судья, проигнорировав выпад прокурора, панически посмотрел на Нагро. В этот момент Теодору открылся идеальный вид на задние ряды. На Саяна и на Грету. Саян взял её руку так, чтобы метку было видно и провел по ней пальцем. Стоило им оказаться рядом и он точно почувствовал это. Почувствовал, что его истинная омега сейчас доверчиво жалась к плечу друга моего мужа.
Как же нам повезло, что эта замученная женщина оказалась поздней омегой и так легко поверила в спасительную сказку Саяна.
— Представьтесь и дождитесь своей очереди, согласно протоколу! — ударив молотком, взвизгнул судья.
Илай, полностью игнорируя эту истерику, достал из внутреннего кармана золотой зажим для галстука. Медленно прикрепил его к ткани и посмотрел на судью. Олин начал стремительно белеть. Знак Гласа Мирового Судьи. Высшая независимая инстанция. Теодор Нагро даже не смотрел в ту сторону. Глава города находился в состоянии глубокого шока, неотрывно пялясь на запястье Греты.
— Начнем с малого. Вы прямо сейчас предоставите мне эти так называемые исследования. В оригиналах и с сертификатами международного образца, заверенными печатью Верховного Судьи континента. Я жду.
Илай властно помахал рукой прокурору. Тот, втянув голову в плечи, трясущимися руками передал папку. Глас занял место рядом со мной, бегло осматривая листы.
— В приобщении отказано. Это дешевый фальсификат, не подтвержденный ни одним независимым органом. Я изымаю эти бумаги для передачи в международный трибунал. Все институты и конкретные люди, указанные в этих исследованиях, будут немедленно проверены и предстанут перед судом за подлог. Дальше, господин прокурор. Если мы официально постановили, что Юна Монблан является полноправным человеком, а не безвольным достоянием общества, какие еще пункты вашего обвинения мы должны рассмотреть?
— Мы… мы обязаны уточнить вопрос о метках и увидеть подтверждающие медицинские документы, — промямлил прокурор, вытирая пот со лба.
Я молча передала толстую папку с оригиналами. Присяжный в белом халате, скрипя зубами от злости, забрал документы. Внимательно изучив бумаги, он подошел к клетке Каина. Мой мужчина, не сводя с меня потемневших глаз, молча вытянул закованные в сталь руки сквозь прутья решетки, демонстрируя татуировку на коже.