— Каин, она гораздо крепче, чем ты думаешь. — Усмехнувшись, я сразу вспомнила, как сама до дрожи боялась брать Кая на руки первое время после родов. — Если ты сделаешь что-то не так, она тебе об этом непременно и очень громко сообщит.
Он удивленно посмотрел в мои глаза, явно ожидая, что я разверну эту мысль.
— Она начнет реветь так, что об этом узнаешь не только ты, но и все охранники на периметре. Поверь мне, Кай рыдал очень редко, но, если такое вдруг случалось, о-о-о, это слышали просто все соседи. — Зря я, похоже, это сказала, ведь страха в серых глазах мужа стало еще больше. — Но, она может и по другим причинам рыдать. Колики, режущиеся зубы, просто сходила в туалет. Причин устроить нам драму может быть множество. Вот когда начнет понятно говорить, всё станет в разы проще.
— У тебя уже много опыта, а я не знаю даже, как и с чего начать быть ей отцом.
— Давай для самого начала просто дадим ей имя. — Улыбаясь, я почувствовала, как дочь окончательно расслабилась в моих руках и сыто отпустила из пухлых губешек мой сосок.
— Роза. Если ты не против, я бы очень хотел назвать её так.
Смотря на то, как суровый, покрытый шрамами муж бережно берет её и прижимает опять к своей широкой груди, я испытала еще больший прилив счастья, чем до этого. Идеальное имя для нашей малышки.
Проснувшись посреди ночи, я тяжело отлепила голову от подушки, сонными глазами осмотрев темную спальню, я поняла, что мужа в комнате нет, как нет и дочери в кроватке.
Настенные часы с подсветкой показывали ровно четыре часа утра. Видимо, она проснулась, и Каин, как обычно, первый это почувствовал и тихо унес её, чтобы не будить меня.
Она у нас, в разительное отличие от спокойного Кая, оказалась очень гиперактивная. Роза почти не спала днем, а если и спала, то ночью постоянно ворочалась и громко требовала внимания отца. Тот, естественно, отказать ей ни в чем не мог. Днем я всегда слышала, если она начинала недовольно хныкать и требовать к себе внимания. Но ночью она словно переходила на неуловимый ультразвук, который слышал только Каин. Ведь я не чувствовала её зова совершенно. Просто не просыпалась.
Но Каин говорил, что у него всё работало с точностью да наоборот. Днем он, даже если находился дома, почти не чувствовал её потребностей. Зато ночью ощущал каждый её крошечный чих.
Логичных объяснений этому феномену мы так и не нашли, ведь все доминантные пары к своим детям чужаков на пушечный выстрел не подпускали и все тайны строго держали внутри семьи. Достоверной информации в интернете не было и в помине, и тут уже только собственные догадки и сумасшедшие теории помогали нам хоть немного разобраться в природе наших генов.
Идя по длинному коридору в гостиную, я увидела невероятно милую картину. Все члены моего шумного семейства во главе с суровым отцом вповалку развалились на огромном диване и, уютно укрывшись пледами, мирно сопели. Кай и Деймос спали, разбросав вокруг себя несъеденный попкорн. Каин, полусидя, одной рукой надежно держал на своей груди крошечную дочь, у которой из приоткрытых губешек тянулась тонкая ниточка слюны, наглядно показывающая, как ей сладко и безопасно спится на стальной груди отца.
Мы не так давно полностью переделали дизайн гостиной. Повесили напротив камина огромный экран и установили проектор, а все одиночные, бесполезные кресла и небольшой диванчик вынесли. Теперь тут стоял огромный диван, на котором мы легко поместимся все вместе, даже когда дети вырастут.
Фильм на проекторе уже давно кончился, и только яркое название сияло золотыми буквами в полумраке: «Альфач и его помощники в нелегком деле! Операция спасти Рождество!»
Тихо подойдя к спящим детям, я аккуратно собрала рассыпанный попкорн обратно в глубокую тарелку и заботливо укрыла их пледом. Включила разноцветные огоньки на елке, которой до Нового года еще целых два месяца стоять и терять свои иголки. Но дети слезно стребовали её нарядить, а Каин, не сумев отказать, купил самую большую. Похоже, отмечать праздник мы будем с лысым памятником детских капризов, но зато в ярких шариках и мигающей гирлянде.
Вот паразиты они, конечно. Ушли смотреть фильм, а меня даже не позвали. Но я бы, наверное, и не проснулась. Устала за день безумно, ведь чтобы хоть немного освободить Каина от бумажных дел, я забрала на себя всю рутину, которая касалась фонда «Надежда». Оставляя детей на проверенную няню, я каждый день уезжала туда.
Мы активно расширялись, и внезапно возникли некоторые серьезные трудности. Как оказалось, вступившие в силу новые мировые законы в борьбе с подставными медучреждениями. Они запрещали просто так менять официальное название медицинских учреждений.