Он выкрал меня из больницы.
Вырубил доктора и, забрав его вещи, вынес меня прямо из операционной, а потом он и Мирей на свой страх и риск соединили наши руки через Гемотранслятор, который Аргон создал сам, и он переливал свою кровь в мое тело, пока вез меня бездыханную на байке до нижнего города. На свой страх и риск, ведь если бы я умерла, он бы тоже не выжил...
Он проделал немыслимое, что бы меня спасти, и потерял единственный шанс найти в верхнем городе свою жену. После того как он на байке снес ворота, на него наложили запрет и заставили носить браслет, запрещающий покидать пределы нижнего города.
Когда я очнулась тут, мне казалось, я просто не выживу. Не смогу. Я была разрушена до основания и не понимала, где я. Когда увидела Аргона, то глазам не поверила, а потом... он рассказал мне правду.
Как оказалось, у меня всю жизнь был старший брат-альфа, дедушка и бабушка, и даже дядя. Мой отец был выходцем из нижнего города. У бабушки с дедушкой родились близнецы, но что-то пошло не так, и один из них оказался человеком.
Сами они были с геном, и мой дядя тоже. На отца это наложило отпечаток неполноценного, и вся власть в клане перешла бы дяде, но отец не хотел этого и, найдя себе жену, решил, что как только она родит, он сможет убить старшего брата и занять место в клане. Вот только брат родился альфой, и жена о его планах все узнала когда отец чуть не задушил Аргона подушкой… Думал, что Снежана изменила ему с братом и ребенок не его…
Снежана. Она тут же все рассказала, но отец все равно напал и вылетел из клана с позором. Как бы горько ни было дедушке, он дал ему денег и достал разрешение на выход в верхний город. Больше они отца не видели. Он ушел.
Пока мы с Аргоном не встретились, и он не стал копать, и не узнал, что мы с ним родные.
Так что ген это все же не моя вина была. И отец это знал и ненавидел меня за это.
— О чем думаешь? — Аргон посмотрел на меня, нахмурившись. — Притихла...
— Да так, знаешь… — пожимаю плечами, не желая вдаваться в подробности.
— Переживаешь?
— Безумно... — признаюсь, отводя взгляд. — Он же сегодня приедет?
Аргон улыбается, и в его глазах вспыхивает что-то теплое, почти нежное. Посмотрев на часы на запястье, он произносит:
— Уже приехала машина.
Я подрываюсь с дивана и несусь вниз со второго этажа, перепрыгивая ступеньки. Я до дрожи скучала. Невыносима была каждая секунда вдали от него. Каждый час, каждая минута без него как пытка, из-за которой внутри всё болело, и я не могла нормально дышать, есть, спать. Только ждала.
Вылетаю на крыльцо дома и вижу, как задняя дверь машины открывается.
— Мама!
— Кай!
Из машины вылетает маленький белый вихрь, и под недовольные крики Мирея несется в мои объятия. А я, присаживаясь на корточки и расставив руки, встречаю его. Мой малыш. Наконец-то вернулся из больницы.
Он врезается в меня с такой силой, что я чуть не теряю равновесие, но удерживаюсь, крепко обнимая его, зарываясь лицом в его светлые волосы. Он пахнет больницей, антисептиком и чем-то сладким, из-за чего внутри всё сжимается от нежности и облегчения. Он дома. Он наконец-то дома.
— Мама, мама, я так по тебе скучал! — лепечет он, обнимая меня за шею так крепко, что почти душит, но мне всё равно.
— Я тоже, солнышко, я тоже, — шепчу ему в макушку, целую его волосы, и от этого на глаза наворачиваются слёзы. Как же я скучала по нему. Каждый раз разрывает мне сердце. Но по другому нельзя. У нас просто не осталось больше вариантов.
— Юна, на пару слов. — Мирей хмуро машет голубой папкой перед своим лицом и кивает в сторону дома.
Глава 2. Розы
Дверь в розарий опять начала поскрипывать, и будила в его памяти тот день. С таким же металлическим скрипом открывалась дверь в комнату для свиданий, в которой он видел её живой и здоровой последний раз. С того момента время для него стало ходить по кругу. Просто течение дней, и все они как один серые, без признаков каких-то изменений.
Каин спокойно проходит по тропинке глубже в это алое марево, состоящее из одних цветов, и только подойдя к небольшому помосту, останавливается, смотря на лежащую каменную девушку на каменном гробу. Сделана по образу и подобию его истинной. Красавица.
Его хрупкая красавица.
Он садится на землю, облокотившись спиной о камень, и прикуривает сигарету, выпуская дым медленной струйкой в воздух. Ему некуда торопиться, ведь в его руках все время мира. Вот только оно не имеет ценности. Не имеет веса. У него много дел, но он не был тут всю неделю и соскучился. По ней его сердце скучает каждую минуту.