— Она же его сестра… Неужели не пожалеет? — шокировано выдохнул Саян и метнул стлевший окурок в урну. Эта мысль выбивала почву из-под ног, потому что в нормальном мире семья — это защита. Кровь должна значить хоть что-то.
— Эйдан? Нет, — жестко отрезал Каин. — Он жесток. Другой не смог бы удержать клан в такой стране и прогнуть под себя остальные.
Оттолкнувшись от капота, Саян встал и пошел вслед за Каином, чувствуя, как внутри ворочается липкий, тошнотворный дискомфорт.
Его действительно вывела из равновесия та недавняя сцена в аэропорту. Девка испугалась так сильно, что была готова сигануть в окно третьего этажа, переломать себе ноги, лишь бы брат до нее не добрался. И сейчас Саян не сомневался: Каин знает куда больше, чем говорит. Потому что люди отца девушки так и не приехали на помощь, зато явился сам Эйдан. Скорее всего, именно Каин ему всё и сообщил. Без колебаний слил её, как только она нарушила договор.
Передернув плечами, Саян мысленно отметил про себя жуткий факт. За всю свою жизнь столь сильных, подавляющих альф он встречал всего дважды. Каин и этот Эйдан.
Рядом с ними сам воздух становился ядовитым. Разрывная аура. Бешеная энергетика, от которой хотелось инстинктивно обнажить клыки или отступить в тень.
И именно сейчас, на фоне воспоминаний об этих двоих, фигура Дина Негроне, который в этот самый момент спускался по трапу, казалась ничтожной.
Словно жалкая карикатура на мужчину. Стараясь делать шаги менее механическими, Дин спускался вниз, вот только получалось у него отвратительно. Ходил он хреново. Шея у него, видимо, так и не поворачивалась после травм, ведь от слепящих вспышек репортерских камер он отворачивал весь корпус целиком, двигаясь дергано, как сломанная марионетка.
Репортеры за ограждением орали, пытаясь вырвать хоть крупицу внимания, но их безжалостно оттеснили люди Каина и местная охрана.
Он только спустился с трапа, как уже в следующий момент его грубо подхватили под руки. Всю его личную охрану скрутили за секунды, бросив мордами в бетон прямо возле самолета. Никаких церемоний. Самого Негроне оттащили в комнату отдыха, где его уже ждал Каин.
Атмосфера внутри помещения была удушающей. Концентрированной. Словно кислород выкачали, оставив лишь первобытную угрозу. Деза смотрел на вошедшего ублюдка как на грязь под ногами. На насекомое, совершенно не достойное занимать его время.
— Н-не рад-д ст-тарому д-другу? — с явными запинками произнес Негроне, когда его с силой отшвырнули к тяжелому столу.
Каин проигнорировал его слова. Пошатнувшись и едва удержавшись на ногах, он отряхнул дорогую рубашку, брезгливо морщась. Этот жест смотрелся нелепо, словно он пытался сохранить достоинство там, где его уже растоптали в пыль.
— Ты н-не имеешь п-права меня задерживать.
Выпустив густое облако дыма прямиком в лицо Негроне, Каин даже не шелохнулся. По коже вспышками прошел ток напряжения, когда его глаза потемнели, превращаясь в две бездны.
— У тебя хватило смелости притащиться в этот город, зная, что я могу тебя убить? — голос Деза прозвучал тихим, смертельным приговором. Низко. Так, что вибрировало где-то в самих костях.
Лицо Дина не дрогнуло. Но это совершенно не удивляло, ведь лицевые нервы после всего, что с ним сделали, ему так и не смогли восстановить. Застывшая маска.
— Я приехал за своей сестрой, — холодно проговорил альфа, упорно не смотря Каину в глаза, потому что прекрасно понимал: один прямой зрительный контакт и его инстинкты сорвутся в панику.
— Пять лет она была тебе не нужна, а тут ты за ней аж на личном самолете явился, — хищно оскалился Каин, прожигая Дина взглядом, цепляясь за каждую мелочь, за каждое дерганое микродвижение его тела. — Неужели родная кровь взыграла?
— Я не обязан от-отчитываться перед тоб… — попытался огрызнуться Дин и, нервно пожав плечами, начал складывать руки на груди, пытаясь хоть как-то закрыться от давящей ауры Каина. Но он не договорил.
С оглушительным треском тяжелый стол отлетел в стену, врезаясь в обшивку. Негроне даже вдохнуть не успел, как оказался вжат в кресло, а холодное дуло пистолета жестко уперлось ему прямо в висок.
Страх. Живой, липкий страх от угрозы, готовой разнести его череп на куски раньше, чем Деза спустит курок, мгновенно сковал всё тело параличом.
— Если я узнаю или мне хотя бы почудится, что ты представляешь угрозу для моей семьи… — Каин наклонился ближе, и его шепот прозвучал страшнее любого крика. — Я прикончу тебя и скормлю твою жалкую тушу псам с окраин.
Металл пистолета вдавился в кожу Негроне до боли. Смерть стояла здесь, в этой комнате, дыша ему в лицо.