Людей здесь практически не было, но нас всё равно провели в самое уединённое место рядом с огромным панорамным окном, выходящим на живописный вечерний вид.
Мы выбрали блюда, и когда нам их принесли, Деза неожиданно поднялся и пересел на диванчик рядом со мной, хотя до этого сидел напротив.
— Каин? Что-то не так? — удивилась я.
— Здесь вид лучше, — спокойно ответил он, своим крупным телом отрезая мне любой путь к отступлению. Я оказалась зажата между ним и стеклом.
— Может быть, мне тогда пересесть на ту сторону? — спросила, уже начав приподниматься.
Но он положил свою большую, тяжёлую ладонь мне на бедро, мягко вдавливая обратно в сиденье.
— Нет. Я хочу, чтобы ты была здесь. Со мной.
Я не понимала причин его внезапного собственничества, но места за столом было достаточно, а его рука на ноге грела так приятно, что я не стала возражать.
Вкус еды оказался до боли знакомым. Кисло-сладкое мясо с овощами. Я точно где-то это ела, но никак не могла вспомнить, где именно.
Когда мы закончили с основным блюдом, официант принёс десерт. Точнее, десерт поставили только мне, а перед Каином опустили чашку крепкого чёрного кофе.
Я посмотрела на тарелку. Передо мной лежал морковный торт. Идеальный оранжевый кусочек, щедро украшенный орехами и изюмом.
— Это…
— Да, — коротко ответил Каин, поглаживая большим пальцем мою ногу.
Слова были лишними. Внутри разливалось тепло, густое и сладкое, как мёд. В этом простом куске торта было столько внимания и памяти о том, что я люблю, что в груди снова сладко защемило.
Я почти доела свой десерт, когда рядом с нашим столиком неожиданно выросла высокая фигура.
— Альфа Деза. Какая встреча.
Я перевела взгляд на мужчину, и в ту же секунду горячая рука Каина на моём бедре сжалась так сильно, что я едва не охнула. Воздух вокруг него мгновенно задрожал от скрытой ярости.
Перед нами стоял высокий, мощный мужчина с короткими светлыми волосами. Его хищные, пронзительно-зелёные глаза скользнули по Каину и тут же впились в меня.
— Не возражаете, если я присяду и присоединюсь к вам? — голос незнакомца был бархатным, но скрывал в себе угрозу.
— Возражаю, Адриан. Ты мешаешь, — ледяным тоном отрезал Каин. Каждое его слово было пропитано ядом сдерживаемого гнева.
— Я не займу у вас много времени. Это касается приближающегося собрания кланов, — блондин даже не сдвинулся с места. — Вот ведь незадача… Как же так вышло, что ваша свадьба и собрание кланов назначены на один день? А я об этом даже не знал.
— Насколько я помню, твой клан не пожелал вступать в союз, — Каин откинулся на спинку дивана, но каждая мышца в его теле напряглась до предела, готовая взорваться действием. — А теперь будь добр, оставь нас. Мы заняты.
Взгляд, которым Адриан прошелся по мне, вызвал тошноту. Уж больно он был цепким, липким, а то, как его зелёные глаза откровенно и нагло впились метку на руке, походило на грязное оскорбление.
Атмосфера за столом стремительно сгустилась. Воздух между альфами накалился до предела.
Стало безумно жарко, вязко, словно из лёгких выкачали весь кислород. Аура Каина и аура этого Адриана сцепились прямо над нами в невидимой, смертельной схватке. Это молчаливое противостояние грозило вылиться в то, чего я боялась больше всего.
В открытый конфликт. Гнев был живым существом, рвущимся наружу, и стёкла панорамного окна рядом со мной начали мелко и жалобно дрожать от давления их силы.
— Ты мне угрожаешь? — хищно оскалился Каин, чуть подавшись вперёд. Его тихий рык было опаснее любого рёва.
— А похоже, что нет? — в ответ произнёс Адриан. Его губы медленно растянулись в жуткой, плотоядной улыбке.
Вот только смотрел он не на Каина. А на меня.
Глава 28. Проблемы
Напряжение, кажется, достигло своей пиковой точки, потому что плотное панорамное стекло рядом со мной вдруг жалобно затрещало, и по его гладкой поверхности стремительно поползла уродливая паутина трещин.
Именно этот резкий звук разрезал давящую тишину, и я, наконец, смогла вдохнуть. Оказалось, что все это время я практически не дышала от сковавшего легкие ужаса, и, намертво прижимаясь к напряженному плечу Каина, совершенно не отрывала настороженный взгляд от опасного незнакомца.
Он от меня тоже.
— Что ж это я так невоспитанно себя веду перед будущей госпожой Деза. Как некрасиво с моей стороны, — шире оскалился мужчина, склонив голову, но это показательное раскаяние ничуть не смягчило агрессивности его острых черт лица.
Скорее наоборот.