«Я вытащу тебя, душа моя. Не в праве просить тебя об этом, и никогда в жизни, надеюсь, больше не скажу тебе этих слов, но умоляю тебя — будь сильной. Не лезь на рожон и не выводи эту мразь из себя. Он сумасшедший, конченый и абсолютно непредсказуемый. Я уничтожу его сам. Своими руками. Он за всё ответит, я клянусь тебе. Дыши ради нас».
В глазах предательски, горячо защипало от подступивших слез. Мой Каин... Мой сильный, свирепый альфа.
Но он абсолютно прав. Я должна быть сильной ради него. Ради нас. Не опускать руки, не впадать в истерику и не сдаваться обстоятельствам.
Моя жизнь складывается так, что слабой я могу позволить себе быть только рядом с ним, прячась за его широкой спиной, а в остальном я этого допустить просто не имею права.
И если взять силой, как это делает Каин, я не могу физически, то должна быть умнее и хитрее. В конце концов, у меня есть ради чего бороться и к кому возвращаться живой. Я обещала своему маленькому сыну. Мой альфа еще не получил свой самый главный сюрприз, хоть уже и знает о нем, и это знание сейчас, должно быть, еще сильнее разрывает его душу на куски.
Пусть наша роскошная свадьба еще не состоялась, но я уже давно его женщина. Юна Деза. Не трусливая, глупая, наивная девочка, что будет вечно прятаться за его спиной в спасительной тени, а его будущая жена. И я хочу идти с ним по этой жизни рука об руку, с гордо поднятой головой, а не трусливо выглядывать из-за плеча в надежде, что он всегда защитит.
Я должна стать для него опорой, а не вечно дрожащим хвостиком.
Судорожно выдохнув и решительно, быстро написав всё, что успела заметить на яхте, и всё, что сказал мне безумный Негроне в смс, я дрожащим пальцем в самом конце торопливо добавила, что безумно, до физической ломоты хочу почувствовать его рядом во всех смыслах. И это неожиданно немного сбавило градус моего нервного состояния.
Заблокировав телефон, я по привычке спрятала его обратно в карман, но, быстро придя в себя и оценив ситуацию, поняла, что если раньше Дин не был внимательным из-за ярости, то сейчас он точно будет пялиться на меня и проверять каждый миллиметр. Быстро присев на корточки, я расшнуровала свой кроссовок и засунула телефон прямо под мягкий язычок, уложив его на ногу. Хорошо, что аппарат был не очень большой и не должен был сильно мешать моей ходьбе.
Только я туго завязала двойной узелок на шнурках, как замок провернулся, и дверь в каюту со скрипом открылась.
В проеме вновь возник Дин. Мужчина цепким, колючим взглядом окинул меня и напрягшегося Мирея.
— Ужин подали. Но, раз твой личный врач так строго контролирует твое питание, он идет с нами. Я подумал о том, что за это время в темноте ты должна была хорошенько подумать о своем поведении на пирсе и...
— Да, конечно. Я всё тщательно обдумала и пришла к выводу, что хотела бы узнать, как ты всё это время жил и чем вообще занимался. Всё же мы давно не виделись, и у нас точно найдутся общие темы для разговоров, — смело перебила его, совершенно не желая, чтобы он продолжал свой назидательный монолог.
Мало ли, вдруг он сейчас начнет осматривать эту каюту и заметит, что мы с Миреем, пока искали все что может нам помочь, сильно повредили металл замка изнутри. Его сильно разъело найденным очистителем для труб, и мы как-то даже не рассчитывали на такое быстрое действие.
— О, мне определенно есть что тебе рассказать, крошка! — кривая, самодовольная улыбка тут же появилась на изуродованном лице мужчины, но глаза оставались холодными и острыми, как бритва. Он отошел на несколько шагов в коридор и встал боком, указывая путь. — Выходите.
Мы послушно вышли, и я изо всех сил старалась не сильно глазеть по сторонам, но в то же время как можно точнее запомнила дорогу от нашей каюты.
Когда мы вошли в просторное, светлое помещение с огромным круглым столом по центру, на котором было выставлено множество самых разных, ароматных блюд, мои первоначальные подозрения касательно наличия тут других людей полностью подтвердились.
Тут еще и вооруженная охрана стояла.
Два очень крупных, татуированных мужчины с пустыми, жестокими лицами неподвижно замерли около двери. А через огромное панорамное окно на палубу я увидела еще несколько крепких мужчин, явно вооруженных огнестрельным оружием. Мы были в меньшинстве.
— Присаживайся, — проговорил Негроне и, как истинный джентльмен, выдвинул мне тяжелый стул.
Я присела на самый край сиденья и изо всех сил старалась сохранить абсолютно нейтральное, спокойное выражение лица, никак не подавая виду, что от его близкого присутствия и запаха меня банально тошнит. Но, с трудом проглотив вставший поперек горла ком страха, я внимательно оглядела стол.