— Каин... Ты же понимаешь, что они это так просто не оставят? — тихо говорит Саян, подходя чуть ближе. — Ты убил членов правительства. Высших чинов. Прямо в зале, при свидетелях.
Каин медленно оторвал тяжелый взгляд от черного экрана телефона и перевел его на друга. Он всё прекрасно понимал. Понимал, что с рук такое дерьмо не сойдет просто так ни в одной стране. Но сейчас была важна лишь его омега и её жизнь. И жизнь того крошечного существа, которое она носит под сердцем. Что бы ни произошло дальше, он точно справится. Ведь теперь ни один ублюдок, предавший его в этом городе, не посмеет встать у него на пути. Он убил их всех. До единого.
Всё случилось на экстренном собрании кланов. Один из мелких, завистливых кланов, принадлежащих сыну главы города, Лиону Шарме, решил отравить всех присутствующих альф и прикончить верхушку, чтобы забрать власть. Вот только у него ничего не получилось. Тогда в ход пошли нанятые его отцом, вооруженные до зубов наемники. И именно в момент этой кровавой мясорубки Каин узнал, что его будущую жену похитили в центре города.
Отвлекшись на леденящую кровь новость, он пропустил две пули. А Саяна тяжело ранили, когда он своим телом прикрыл ему спину от ножа Лиона. Этот трусливый ублюдок напал со спины, и Каин, находясь в слепом порыве животного гнева, просто свернул ему шею голыми руками.
А спустя час он уже прикончил и его отца. Вся годами копившаяся грязь вылилась наружу, как тухлая вода из порванного мешка. Торговля людьми, незаконные опыты в подпольных лабораториях и продажа государственных ресурсов в чужие руки.
Доверенные, преданные люди из союза кланов быстро наведались к старому ублюдку домой с обыском и нашли в подвале пропавших без вести омег. Пять истощенных девушек, одна из которых оказалась родной дочерью начальника его же охраны.
Каин лично освободил девушку, дал ей обнять плачущего отца и, взглянув в глаза этому раздавленному мужчине, понял, как именно пропала его жена. Кто подстроил эту диверсию. Кто слил информацию о её перемещениях.
Саян обещал похоронить этого предателя так далеко и глубоко, чтобы Каин даже не знал, где находится эта могила.
Он не прощал никого. Никого, кто был повинен в страданиях дорогих ему людей.
— Что бы ни случилось дальше с этим городом, твоя главная задача — позаботиться о Юне. Я уверен в том, что они попытаются закрыть меня, и уже сделал всё возможное, чтобы это не продлилось долго, — жестко проговорил Каин, смотря в окно, наблюдая, как на территорию особняка заезжают черные машины.
Он не зря так жестоко грохнул эту правительственную мразь, ведь теперь и Аргон Монблан спокойно мог покинуть нижний город, не опасаясь запрета.
— Алан, как мой сын? — спросил Каин, не оборачиваясь.
— Спит. Я дал ему легкое детское снотворное. Он сильно наревелся, испугался взрыва, и, скорее всего, его срубило до самого утра. Транспортировку к Аргону переживет нормально, а там...
— А там я о нем позабочусь, — раздался жесткий, низкий голос у самых дверей.
Каин резко развернулся и увидел мрачного, как грозовая туча, альфу.
— Не думал, что ты возьмешь с собой так много людей, — хмыкнул Каин, оценивая вооруженных бойцов за спиной брата Юны.
— Эти люди занимаются очисткой дамбы в нижнем городе. Они отличные водолазы, и я привез их тебе. И, поверь, каждый из них очень умелый убийца, когда дело доходит до воды. Они будут помогать тебе штурмовать яхту, — безапелляционно отрезал Аргон.
Альфы несколько долгих секунд смотрели друг на друга. И Деза не видел в глазах Монблана ни капли обвинения или укора. Аргон и сам прекрасно понимал ту патовую ситуацию, в которой все они оказались, и винил только тех жадных, потерявших берега ублюдков, что считали себя выше других.
Вдруг на светлый паркет с глухим стуком упала густая, темная капля. Все взгляды присутствующих моментально метнулись к кожаной сумке в руках Аргона. Её плотное дно уже было насквозь пропитано чем-то темным и влажным. В воздухе тут же запахло ярким запахом свежей крови.
Не дожидаясь приглашения, Монблан уверенно вошел в кабинет и с тяжелым стуком поставил сумку прямо на стол. По полированной поверхности тут же расползлась багровая лужица.
— Что это? — нервно спросил Саян, настороженно косясь на сумку и держа руку у кобуры.
— Неофициальный подарок на свадьбу. В знак наших будущих, крепких семейных отношений, — ровно проговорил Монблан и, коротко кивнув, вышел из комнаты, направляясь в детскую за Каем.