Прийя нажимает на кнопку, и через несколько секунд в моем кармане начинает звонить телефон. Я стараюсь заглушить звонок.
— Да, ее телефон у меня, потому что кто-то подложил его в мою машину. С тех пор мне посылают зашифрованные сообщения. Подумайте, Прийя. Пятая девочка на фото — Кэтрин Келли. Оказывается, сейчас она Кэт Джонс, ведущая, которая работает вместе с Анной, замужем за мертвым мужчиной на полу, и ей принадлежит этот чертов жуткий дом. Вы правы, совпадений не существует, так где сейчас Кэт Джонс?
Прийя колеблется, но затем ее лицо искажает гримаса.
— Пожалуйста, бросьте оружие, сэр.
Если бы ситуация не была такой убийственно серьезной, я бы посмеялся тому, что она по-прежнему называет меня «сэр». Я знаю, что убийца все еще там, и знаю, что Анна в опасности, но не вижу выхода. И тут в темноте замечаю какое-то светлое пятно. Уверен: за окном на некотором расстоянии кто-то движется. Я пытаюсь подойти ближе, и Прийя одергивает меня.
— Джек Харпер, я арестовываю вас по подозрению в убийстве. Вам не надо ничего говорить. Но вашей защите может повредить, если на допросе вы утаите сведения, на которые станете ссылаться в суде. Все, что вы скажете, может быть использовано в качестве доказательств…
— За окном кто-то есть. Я вижу сквозь деревья.
— Возможно, это подкрепление…
— Мы оба знаем, что так быстро им сюда не добраться. Я понимаю, как это выглядит, но говорю вам: убийца все еще здесь. Анна в опасности, и я собираюсь сделать попытку спасти ее. Вы можете выстрелить в меня, если хотите, а можете помочь мне поймать того, кто это сделал.
Она качает головой, вид у нее очень печальный.
— Мне хочется вам верить, но у меня вряд ли получится. Я не думаю, что вы осознаете, что сделали, но это не означает, будто вы этого не делали, — говорит она.
— Вы меня знаете, Прийя, и в глубине души, думаю, понимаете — я говорю правду.
Она не опускает пистолет, но я вижу, как ее глаза наполняются слезами. Делаю шаг к двери, еще не представляя, как все обернется. Я могу думать только об Анне. Я уже один раз подвел ее и не могу сделать это снова.
Прийя вздрагивает, когда я прохожу мимо нее. Меня учили, как вести себя в ситуации, когда на тебя направлено дуло пистолета, и я знаю, что делать. Я просто не хотел, чтобы меня вынудили так поступить. Я быстро хватаю Прийю за запястье — у нее нет времени среагировать. Однако она нажимает на курок и делает симпатичную дырочку в стене, в которую я ее вмазываю. Я отступаю, пока она сползает на пол. Глаза у нее закрыты, и я вижу, что она ударилась головой, но жива. Скоро сюда прибудет подкрепление, и они о ней позаботятся. Времени ждать нет.
— Извините, — шепчу я, прежде чем выйти из дома и отправиться в лес.
Я люблю лес в это время года.
Звуки, запахи, крики.
Особенно в темноте.
У каждого есть место, куда он убегает, когда мир становится слишком громким. Это место — мое.
Нет ничего лучше, чем идти по хрустящим опавшим листьям, вдыхать холодный деревенский воздух и знать, что ты следуешь от одного момента в твоей жизни до другого. Иногда мне кажется, что пункт назначения совсем не так важен, как тот факт, что ты куда-то направляешься. Надо научиться наслаждаться путешествием, а не только его конечной точкой.
Люди часто используют выражение «мы сделали это», но гораздо лучше быть в пути, чем куда-то прибыть. Если вы преуспеете слишком быстро или прибудете слишком рано, это всего лишь будет означать, что вам больше некуда идти. Успех как любовь — не все могут оценить его, даже если он у них есть. А жизнь — это движение вперед без остановок. Никогда не оглядывайтесь назад — от этого вы только почувствуете себя потерянными.
Именно это я чувствую сейчас, потому что я не успеваю найти ее.
Пока что все в основном шло по плану. Я бросила здесь машину Рейчел пару дней назад. Мне понравилось вести машину и показалось, что хорошо будет спрятать ее в этом месте. Раньше я никогда не водила спортивные машины. Это навело меня на мысль обо всем остальном, что я не делала и что другие, вероятно, принимают как должное. Я росла в стесненных финансовых обстоятельствах и должна была работать, чтобы получить то, что имею. Было тяжело, но думаю, это сделало меня сильнее.
Теперь мне просто надо закончить начатое, то есть найти ее раньше, чем это сделает кто-то другой. К этому времени она должна была умереть.
Находить людей на удивление просто, если знаешь как, даже тех, которые не хотят, чтобы их нашли. Полиция и журналисты во многом используют одни и те же инструменты для отслеживания людей. Вы бы изумились, как это легко — не только найти кого-то, но и разузнать все об этих людях. Причем люди бы предпочли, чтобы никто об этом не узнал.