Я потратила много времени, но теперь понимаю, где, почему и когда у меня все пошло не так. Начало положено здесь, в этом месте, людьми, которые сделали то, что не должны были. Сейчас пришла пора двигаться дальше и завершить начатое.
Она
Вторник 22.30
Не думаю, что по-настоящему продвинулась вперед с тех пор, как ушел Джек.
Хотя на развод подала я, для него наш брак закончился задолго до этого. Для меня преимущества одиночества перевешивают боль от него. К тому же я считаю, что заслуживаю этого. Одиночество причиняет только временную острую боль, как крапива. Если рану не расчесывать, довольно скоро она заживет. Но я по-прежнему думаю о нем, о нас и о ней. Некоторые воспоминания никак не дают о себе забыть.
Я думаю о Джеке всю вторую половину дня и весь вечер, несмотря на постоянный поток интервью в прямом эфире для различных выпусков «Би-би-си»: «Ньюс Ченэл», «Радио 4», «Файв лайв», «Сикс», все от «Би-би-си Лондон» до «Би-би-си мир». К тому времени, когда я заканчиваю репортаж с включением студии для Вечерних новостей, мы больше не единственные, кто ведет вещание из леса. «Скай», «Ай-ти-эн» и «Си-эн-эн» тоже здесь, каждый со своей группой и грузовиками со спутниковыми тарелками. Наверное, теперь у всех есть своя история, но мою я рассказала первой. Я выяснила личность жертвы раньше остальных, пусть даже никто не знает, как.
Уже очень поздно, а поскольку руководство канала ждет от нас прямой репортаж для Завтрака на Би-би-си завтра рано утром, ночной редактор новостей предлагает оплатить нам с Ричардом гостиницу. Техники вернутся в Лондон, а завтра им на смену приедет утренняя группа, но я думаю, что нам есть смысл остаться здесь, а не ехать обратно в город только для того, чтобы снова вернуться сюда через несколько часов. Таким образом, мы подольше поспим и будем на месте, если события станут развиваться. Ричард соглашается.
Мне не надо спрашивать, какую гостиницу нам забронировали — здесь есть только одна, и я хорошо ее знаю. «Белый олень» — скорее паб, но наверху есть несколько номеров. Еще можно разместиться в паре симпатичных мини-хостелов или в моей бывшей комнате в доме матери, куда я, разумеется, не хочу идти.
С едой мы опоздали — ресторан давно закрыт, — но Ричард предлагает выпить в баре, пока еще не объявили последний заказ. Вопреки здравому смыслу я соглашаюсь. После бутылки «Мальбека» и двух упаковок хрустящего картофеля с солью и уксусом чувствую, что начинаю расслабляться, и меня это радует. Иногда коллеги — как старые друзья, с которыми не видишься много месяцев, а потом встречаешься, как будто вчера расстались.
— Еще по одной? — спрашиваю я и достаю кошелек.
Ричард улыбается. Сегодня вечером от его шуток и болтовни я снова почувствовала себя молодой, словно со мной еще можно тусоваться. Жаль, что он одевается в стиле ретро и не хочет стричься. Наверное, внутри мальчика, которым он притворяется, находится мужчина.
— Соблазнительно, — говорит он. — Но нам очень рано вставать, и бар уже закрыт.
Оборачиваюсь и вижу, что он прав. Большинство ламп уже горят тусклым светом, и, похоже, персонал собирается уходить.
— Жаль, — говорю я и тянусь через стол, почти касаясь его руки. — Но ведь можно проверить мини-бар в моем номере?
Он отдергивает руку и поднимает ее, указывая на кольцо на пальце.
— Я женат, помнишь?
Его отказ меня немного ранит, и я произношу слова, о которых наверняка буду сожалеть:
— Раньше тебе это никогда не мешало.
Его лицо растягивается в вежливой извиняющейся улыбке, от чего мне становится еще хуже.
— Тогда было по-другому. Теперь у нас дети, это все меняет. Это изменило нас, — говорит он.
Когда тебя опекают, это еще больнее, чем когда тебе отказывают, и он говорит то, что я и так знаю. Появление дочери тоже изменило мою жизнь, пока я ее не потеряла. Я никогда не говорю о том, что случилось, с коллегами, да и вообще с кем бы то ни было.
Во время беременности я работала в приложении отдела «Искусство и развлечения» — это подразделение находится на самом верхнем этаже «Би-би-си», так что большинство сотрудников отдела новостей редко меня видели. А если и видели, возможно, просто считали, что я поправилась. Беременность протекала с осложнениями, и поэтому в течение нескольких последних месяцев я неделями находилась дома, не вставая с кровати. Так что многие вообще не знали, что я беременна. Или что моя дочь умерла через три месяца после рождения.