Когда мы рядом, я будто хожу по минному полю. Непонятно в какой момент рванет.
Откинула одеяло, и облегченно выдохнула, обнаружив себя в той же одежде, что и днем ранее. Быстро выдернула катетер, подскочив с постели.
Твою мать, где сумка?
Я засуетилась, а после увидела шкаф.
Может там?
Кинулась к нему, не замечая больше ничего. Пропажа нашлась быстро.
На удивление везёт.
Обшарила сумку в поисках мобильника, вскольз проверила пожитки, а когда обнаружила, что все на месте, более не теряя времени, бросилась к выходу.
Но взявшись за дверную ручку и потянув на себя, еще не понимала, насколько сильно облажалась.
15 Глава
Распахнула дверь и врезалась взглядом в мужскую грудь, плотно обтянутую тёмно-серой тканью.
— Куда спешишь, солнце? — я сделала несколько шагов назад и запрокинула голову.
В глазах, гипнотизирующих, точно Магелланово облако, читалось невысказанное предупреждение.
— В уборную. — ответила без запинки.
— С баулом? — Воронов саркастично выгнул бровь.
— Мне нужно помыться. — я сильнее сжала лямку сумки, пытаясь обойти его и поскорее убраться отсюда.
— Ванна и душ в комнате не устроили? — Воронов сделал шаг в сторону, преграждая путь. — Или, вероятно, хотела искупаться в джакузи на первом этаже? — открыла было рот, чтобы ответить, но он неожиданно схватил за плечи и сжал, наклонился к самому уху, прошептал: — Так я помогу. Выебу так, что не то что о побеге думать — ходить не сможешь.
Меня прямо затрясло от злости, с силой уперлась руками в грудь, отталкивая его. А Воронов вдруг отпустил. Я потеряла равновесие и упала, ощутимо приземлившись на пятую точку.
Каждую гребаную секунду только и делаешь, что издеваешься.
— Да не нужна мне твоя помощь! И ты тоже не нужен! — с чувством выпалила, не думая о последствиях. — Может хватит? За что ты так со мной? Что, я, черт возьми, такого сделала?! Просто дай уйти!! — голос сорвался на крик.
— Все сказала?
Молча сверлила Воронова гневным взглядом, ожидая реакции. Он сдвинулся с места и я непроизвольно вздрогнула.
Ударит?
— Не сиди на холодном. — но Воронов лишь поднял меня с мраморного пола, поставив на ноги. — Тебе нужно поесть.
Живот предательски заурчал, подтверждая его слова. Щеки обдало жаром. Тем не менее я хотела отказаться.
— Пойдем. — он властно взял за руку, потянув меня за собой.
Решила пока не спросить. Его подозрительно спокойный голос нервировал меня.
Уступлю в малом — попрошу больше.
Особняк оказался огромным. Воронов вел меня извилистыми нескончаемыми коридорами, мы спустились по лестнице, прошли мимо шикарной гостиной и наконец я увидела кухню.
Выполненная на заказ, в эксклюзивном серебристо-черном дизайне, минималистическом стиле, и снабженная современной встраиваемой техникой, она производила неизгладимое впечатление.
Никогда не видела ничего подобного вживую, неужели кто-то и правда может позволить себе есть в такой роскоши?
— Чего застыла? — Воронов выжидательно смотрит на меня. Понимаю, что неосознанно замерла в проходе, посреди большой кухни.
— Артем Борисович, распорядиться, чтобы подали горячее? — к нам чинно подходит женщина, на вид средних лет, в строгом деловом костюме.
Он слегка кивает. А после трясет головой, чтобы смахнуть упавшую на глаза прядь. Это простое движение магнетическим образом приковывает взгляд.
Его угольные волосы такие непослушные. Он похож на взъерошенную ворону.
Невольно хмыкаю. Воронов тут же стреляет в меня глазами. Улыбка сползает с лица.
— Как обычно, Артем Борисович, или будут пожелания? На две персоны, верно? — продолжает женщина.
Он вновь кивает. Затем, всё-таки, удостаивая ее ответом.
— Как обычно. — не отворачиваясь от меня, немного подумав, добавляет: — И сладостей принести. Разных. Шоколад горячий. Кто сегодня, Бернар?
— Да, Артем Борисович. — отрапортовала она.
О чем речь? Бернар... может, так зовут повара? Не удивлюсь, если и он у них есть.
— Свободна. — бросает коротко. А после, обращается уже ко мне: — Садись, Дана. — отодвигает стул.
Чуть позже мы сидим за необычной барной стойкой, друг напротив друга. Причудливо изгибаясь, она заменяет собой вместительный стол. Перед нами тарелки со всевозможными горячими блюдами, салатами, закусками.
— Как ты себя чувствуешь?
Вилка замирает в нескольких сантиметрах от моего рта.
Да сколько можно мусолить эту тему?
— Хорошо. — выдавливаю из себя, — Все вкусно. Только... мне бы домой. Учеба скоро начнётся. А мне еще из дома сумку забрать надо... — неуверенно замолкаю, не зная, что еще сказать. Все заготовленные фразы вмиг испаряются под градусом накаленного до предела безразличия, читающегося в серых глазах.