Воронов откидывается на спинку высокого стула.
— Ешь. — единственное, что говорит.
Я начинаю не на шутку закипать, сильнее сжимаю вилку, откладываю тарелку недоеденного спагетти с тигровыми креветками, и перебираю в голове колкие слова.
— Успеешь, вместе поедем. — он замолкает. Зло, резко и как-то отрешенно. Лишь сейчас понимаю, что Воронов хоть и смотрит на меня, но не видит. Он практически не притронулся к еде, по-видимому, погруженный в собственные мысли.
Я решаю больше не доставать Воронова разговорами и возвращаюсь к поеданию спагетти.
В любом случае, совершенно плевать, что там его заботит.
Чуть позже приносят тарелки со сладостями: шоколадно-ореховое печенье, лимонный тарт, пирожные, круассаны, ванильный мусс, даже ягоды, и еще какие-то десерты, названия которых я не знаю.
— Попробуй сначала это. — Воронов вдруг пододвигает ко мне, стоявшую напротив него кружку, с клубами пара над ней. — Чтобы все выпила. — тут же добавляет тоном, не терпящим возражений.
Я хочу спросить, почему он решил отдать мне свой напиток, но в следующую секунду кошусь на часы и закрываю рот.
До пары остался час, а я даже не знаю в какой местности нахожусь. Он подвезёт меня. Отлично. Но точно ли довезет? Что, если решит высадить где-нибудь у лесополосы? Или еще чего похуже сделает...
— Эй, тебе плохо? — вырывает из раздумий встревоженный голос. — Дана, ты чего побледнела? — Воронов подрывается с места так, что спинка стула с грохотом ударяется о пол.
— Н-нет. — произношу поспешно, пока он не успел подлететь ко мне. — Все в порядке, правда. Просто отлично.
Я быстро беру дымящуюся кружку и отпиваю. Слишком большой глоток. Горло мгновенно обжигает горячая жидкость и вкус теряется за болью.
16 Глава
АРТЁМ
Выжимаю педаль газа в пол. Одной рукой сжимаю руль, второй открываю бардачок. Щелкаю зажигалкой, выдыхаю терпкий дым в приоткрытое окно.
Блять. Заебался.
Быть добреньким. Сдерживаться.
Думать об этой сучке. Каждый. Ебаный. День.
Стрелка спидометра ползет вверх, застыв на отметке двести километров в час. Айфон вибрирует, возвещая о новом сообщении.
«Где ты пропадаешь?» — загораются буквы на экране.
Делаю очередную затяжку. В стекло бьёт ветер, врывается в салон, спутывает волосы.
В голове всплывает образ, словно увековеченный в ней. Дана. Маленькое хрупкое создание. Вьющиеся русые волосы. Глаза цвета солнца. Смотрит затравленно, делает большие глотки горячего шоколада. Сжимает кружку так, что костяшки пальцев белеют.
— Расслабься. — бросаю резче, чем следовало. Хочется прикрикнуть, чтобы пила медленнее, но я лишь сильнее сжимаю челюсти.
Малышка стреляет глазами, полными немой злобы.
Ухмыляюсь.
Если бы взглядом можно было убить, я бы давно червей кормил.
Замечаю, как с пухлых губ срывается шоколадная капля. Струйка медленно течет вниз по бледной коже.
Сглатываю. Хуй колом встает.
А после меня оглушает. Словно арматурой по башке приложили. Снова вспоминаю пустой взгляд, маленькое тело на капоте тачки, трясущиеся пальцы, отталкивающие меня и вытекающую с уголка рта сперму.
Блять.
Мелодия входящего звонка выдёргивает в реальность.
«Никто» — высвечивается на мобиле.
Концентрирую внимание на дороге, игнорирую настойчивую трель.
###
— Почему на звонки не отвечаешь? — слышится вместо приветствия.
Он сидит ко мне спиной. В волосах легкая седина. Взгляд прикован к панорамным окнам, руки сцеплены в замок.
Точно старому импотенту резко понадобилось рассмотреть затертый до дыр городской пейзаж.
Сажусь без приглашения. Молча. Вальяжно.
Авторитет набивает. Клоун.
— Не слышал. — отрезаю. — Зачем звал?
Эргономичное кресло поворачивается на сто восемьдесят градусов. Благородное лицо мужчины искажается вспышкой ярости. Губы плотно сжаты. В глазах сталь — точно также, как в моих.
У совета директоров от подобной гримасы председателя, должно быть, очко сжимается.
Это длится несколько секунд. Затем выражение его лица становится привычно застывшим.
— Рад, что ты всё-таки пришел. — достает из нижнего ящика стола стопку папок. Председатель, а по совместительству главный исполнительный директор, был хорошо сложен для своих сорока двух лет. — Нам многое предстоит обсудить, сын.