Просто сделай все быстро. Уступи. Как и всегда.
Я разрываюсь от вращения и страха.
Сердце гулко колотится, ударяется о рёбра, я хватаю ртом воздух.
Нет, я так не могу! — кричит сердце.
Я не успеваю решить. Артем резко хватает за подбородок, дёргает вверх, так, что кажется, в шее что-то хрустнуло.
— Блять. Девочка, либо сама берешь хуй в рот, — смотрит зло. Не моргая. От него пахнет табаком и чем-то еще, резким, металлическим. Кровью. — Либо я выбью тебе зубы. И выебу сам. — улыбается, словно произнеся нечто безобидное.
Меня всю трясет. Позади скрипит дверь, кто-то охает и быстро закрывает ее. Но он будто не замечает этого, прожигая меня взглядом и лишь сильнее сдавливая подбородок.
Конечно, это же сам Воронов. Хоть убей он меня — всем наплевать.
Я обречённо киваю. Потому что сказать хоть слово, в какой-то момент, становится выше моих сил.
2 Глава
Я стою перед самым опасным мужчиной в университете на коленях. Дрожу, словно осиновый лист на верту.
— Вот и умница, — упивается моим согласием. Ухмыляется, но глаза словно арктические льды, их невозможно растопить.
Секунду назад обещал выбить зубы, теперь хвалит. Чертов псих.
Воронов зарывается длинными загорелыми пальцами ко мне в волосы. Я тихо шиплю от боли, от того как пряди волос запутываются в массивных кольцах.
А потом он резко дёргает на себя.
Врезаюсь лицом в набухшую плоть, отделяемую от моих губ лишь тканью дорогих брюк. Он делает движение рукой — вверх-вниз, поддается вперед. Его пальцы сильнее сжимают волосы.
Как с собакой. На вот. Понюхай хозяина.
От мыслей передергивает. Я цепляюсь ногтями за накаченные ноги, силясь отодвинуть эту скотину от себя.
Воронов словно не замечая этого, говорит:
— Раздень меня. — хрипло, отрывисто.
Я сжимаю кулаки. Хочу врезать ему. Но сдерживаюсь.
Вместо этого дрожащими пальцами нашариваю ремень.
— Быстрее. — нетерпеливо.
Ничего не выходит. Руки не слушаются. На глаза наворачиваются слезы, я пытаюсь не трястись, успокоить себя.
— Бл-я-ять, — шумно выдыхает. — У тебя лапки, да? Сама нихуя не можешь.
Раздраженно стискивает мои руки своими, расстегивает ремень, снимает штаны, боксеры — словно показывая как надо.
Затем кладет мои руки на член. На мгновение задерживается. А после отнимает свои.
— А теперь соси.
— Подожди, стой, это... — лепечу. — Я...
Отвратительно. Мерзко. Страшно.
Живот скручивает. Артем смотрит сверху вниз не мигая, в глазах сгущается тьма, вокруг него такая пугающая атмосфера, словно даже воздух наэлектризовывается.
Пытаюсь что-то придумать, но не успеваю. Воронов не выдерживает. Берет инициативу в свои руки. И резко вдалбливает член мне в рот.
Я наотмашь бью кулаками в немом крике, по щекам текут слёзы.
Высунь. Высунь. Высунь.
— Это тоже не умеешь, сука? — издевательски осклабился. — Тогда мастер-класс. Только для тебя.
А дальше толчки. Хотя скорее рывки. Резкие безжалостные. Головка члена достаёт до горла. Меня тошнит. Живот сводят болезненные спазмы. Изо рта не останавливаясь течет слюна, капли падают мне на блузку. Я зажмуриваюсь.
Пожалуйста. Пусть все закончится быстрее. Пожалуйста. Только бы закончилось.
А это животное рычит от удовольствия, насаживая мой рот на свой член, как свинью на шампур.
— А ты... Хороша. — дышит рвано, сбивчиво. — Если... Рот занят чем-то полезным. — прикрывает глаза, содрогаясь всем телом от эякуляции.
А я больше не могу дышать. Из глаз носа и рта уже ничего не течет, перед глазами плывут чёрные пятна. В ушах звенит.
Проходит несколько минут, а по ощущениям целый час, прежде чем он наконец вынимает свою плоть. Я болезненно закашливаюсь, падаю на пол и обмякаю словно тряпичная кукла.
— Могла бы бабла срубить. — продолжает беззаботно, восстановив дыхание. Но я плохо слышу, сознание медленно уплывает. — Дать номер хорошего сутенера? — и не дожидаясь ответа, перешагивает через мое распластавшееся тело, выходит за дверь.
А я окончательно проваливаюсь в беспамятство.
###
Детдом. Белые облупившиеся стены. Серый пол. Дети верещат, бегают друг за другом, кто-то играет в салки, кто-то в «дочки-матери», а кто-то в прятки. Я сижу чуть подаль, в уголке. На ворсистом ковре собираю конструктор.
— Вот она. Даночка, познакомься. Это Михаил Александрович, он хотел бы поговорить с тобой.
— Здравствуй. Приятно познакомиться, Дана.
Я резко вскидываю голову, услышав чужой голос. Этого дядю я живу впервые.