Только бы продолжать ни о чем не думать.
Но когда мимолетная радость достигает сознание, я с ужасом понимаю, что Артем идёт за мной. Ничего не говоря. Совершенно непринуждённо. Неотступно.
— Подожди! То есть... — чувствую, как начинаю икать. Неудивительно, учитывая, как проглатывала огромные куски ничем не запивая. — То есть, я хотела сказать, почему идешь со мной? Разве тебе не пора домой? — с трудом выговариваю.
Воронов останавливается и я замираю вместе с ним, как испуганный кролик.
— Замёрзла? — ветер разбрасывает непослушные волосы, так, что те кидают тень на его непроницаемое лицо.
И даже если до этого момента холод не чувствовался — то сейчас пробирает до костей.
6 Глава
Вечером ветер меняется. Даже летом. Становится хлестким, быстрым, морозным. Как например, сейчас.
Кажется, он не собирается отступать.
Но внезапно меня отпускает. Звонит телефон. И, к счастью, не мой.
Воронов медлит, но всё-таки отвечает на звонок.
— Говори. — командует.
Я думала этот ублюдок уйдет сразу, но почему он продолжает прожигать меня взглядом? Неужели не собирается уходить?
Я делаю несколько шагов назад, думая о том, чтобы рвануть и закрыться на замок.
— Мне пора, — говорит хрипло. И мне чудится разочарование в голосе. А потом разворачивается и уходит, как всегда, не прощаясь.
Наконец-то.
Этот ужасный день подошел к концу.
###
Не слишком ли много событий за два дня? И почему моя спокойная жизнь решила закончиться именно на втором курсе?
Наблюдаю за студентами, что суетливо проносятся мимо, занимая друг другу места. Сегодня совмещённая лекция. Второй и третий курсы.
Аудитория огромная, мест полно. А они с осоловелыми глазами кидаются на одного сокурсника, только чтобы рядом сел другой. Есть ли в этом хоть какая-то логика?
Не сдержавшись, зеваю.
Опять не выспалась.
— Привет! — раздается жизнерадостно над ухом. Вскидываю голову и немного теряюсь.
— А, да... Да, привет.
— Ты как? — спрашивает Берта Браум, плюхаясь на соседний стул. — Всё в порядке? — голос мягкий, робкий.
Еще больше теряюсь от неожиданного наплыва нежности, не зная, что за этим стоит.
Она видела меня в ужасном состоянии. И догадывается кто это сделал. Может, хочет присоединиться?
Так случалось. Тот, кто становился игрушкой, подвергался издевательствам «элиты» — к ним часто присоединялись другие учащиеся, те кто тоже был не прочь повеселиться.
— Эй, ты чего? — легонько трясет меня за плечо. — Вся побледнела вон. Ты ела вообще?
Но мгновение я теряюсь в ее больших, необычного блестящего чёрного цвета, будто ночное небо, глазах и понимаю — Берта не такая.
— Нет. Не успела позавтракать.
Она хочет сказать что-то еще, но в аудиторию заходит преподаватель и велит всем садиться.
Машинально записываю лекцию, пытаясь вникнуть. На какое-то время даже удаётся. Но прошлое продолжает неотступно следовать по пятом, взывая ко мне через воспоминания:
Чужак.
Он сидит напротив. Что-то пишет в своем маленьком блокнотике. Сам огромный и большой как шкаф. На носу причудливые небольшие очки. А в руке ручка с помпоном. Розовым!
Смотрю с удивлением.
Похож на медведя... Ну-у... Такого. Который хочет казаться мышкой.
— О-о-о. — протягивает чужак. Я перевожу взгляд с помпона на его лицо.
— Тебе нравится? — улыбается до ушей. — Я принес его специально для тебя. На вот, держи! — протягивает ручку.
— Нарисуешь что-нибудь интересное. Покажешь мне потом, ладно? — подмигивает. Я не хочу брать ничего из рук чужака. Но мне неловко от того, как нелепо он себя ведет.
Поэтому я беру. Только чтобы чужак отстал.
Не потому что мне нравится — уверяю себя. — Я уже взрослая.
Он протягивает — целых пять штук! —листы бумаги. Не могу перестать улыбаться.
Воспитательница дает каждому по листку в день. И не больше. Но этого же так мало! Что может поместиться на один бумажный лист?
— А что ты рисуешь? Так интересно посмотреть... — чужак поддается вперед. Я прикрываю лист рукой.
— Не скажу! — говорю зло.
— Хорошо. — слишком быстро принимает поражение он. — Это твоё право. Я не буду подглядывать, прости.
Продолжаю рисовать, но руку не убираю.
Не верю ему. Да и как я могу сказать, что рисую то, чего нет? Маму, которая любила меня... Разве так бывает?
Возвращаюсь в реальность, когда что-то острое тыкает мне в бедро. Поворачиваю голову и вижу озорные глаза соседки.