А ведь Демис хочет меня. Нужно быть идиоткой, чтобы не понять этого. И завелся он в тот момент, когда мы были в машине. А поскольку тормозов у него нет, то мне стоит ждать нового насилия. Я стану игрушкой сразу двух богатых извращенцев. «Сергей, я хочу посмотреть, как ты её трахаешь! Сергей, я хочу к вам присоединиться». И Сергей ответит: «Да, конечно». Потому что моя жизнь, честь и достоинство не значат вообще ничего. У одного месть, у другого бизнес и я между ними маленькая и никчемная. Ненавижу! Обоих ненавижу!
Я села на диван и закрыла лицо руками. Поверить не могла, что когда-нибудь выберусь из этой ямы. С мечтой сохранить невинность для любимого мужчины уже можно попрощаться. Вопрос стоял о том, чтобы пережить это и не полезть в петлю. Я физически не успею за время командировки узнать, за что мстит Адамиди, выдернуть родителей из секты и погасить ипотеку. Придется жертвовать собой или бежать из города. Поступить так же, как родители. Просто бросить все и исчезнуть. Кроме рыбарей есть другие секты, и они будут рады новым членам.
Я рассмеялась в пустой комнате и долго слушала эхо. Вспомнилась сказка о двух лягушках в бадье молока. Одна сдалась и утонула, а вторая сбила лапками молоко в масло и выпрыгнула, оттолкнувшись от комка. Я всегда думала, что если встану перед выбором, то поступлю, как вторая лягушка. Пришло время проверить это.
Кусочки мозаики проворачивались со скрипом. Я чувствовала, что все крутилось возле сестры Адамиди и её ухода к рыбарям. Если брат не хотел о ней рассказывать, то оставалась дочь. Майя Старцева, по прихоти дяди работающая со мной в одном банке. И судя по нервной реакции Ольшанского, она была в курсе истории матери.
Нет, мы еще поборемся. Рано я поставила на себе крест.
Глава 8. Страшная тайна
По дороге в банк я получила смс от Ольшанского.
«Кристина, это Сергей Геннадьевич. Вы где? Что-то случилось?»
Номер тут же сохранила, а потом открыла общий список и добавила в контакты еще и номер Адамиди. Раз уж мужчины не гнушаются писать сообщения, то стоит знать, от кого они приходят. Не дай бог перепутать абонентов!
«Извините, задержалась. Были проблемы, но уже все нормально, - отстучала я в окне сообщения. – Еду в банк, скоро буду».
Смс ушло, а я задумалась. Заботливый мне достался директор, внимательный. Другие за опоздание сразу с наездами звонили, а он соблюдал презумпцию невиновности. Я легко могла злоупотребить доверием и заниматься отвлеченными делами, но Ольшанский предположил, что я задержалась по уважительной причине. Врать ему при таком раскладе – глупо, не честно и недальновидно. Придется рассказывать про ультиматум Адамиди. Только суть. О том, как Демис устроил проверку, у меня язык не повернется рассказать. Я совершенно не представляла, как буквы могут сложиться в слова: «Снял с меня трусы и засунул пальцы». Я уже дважды пережила это снова, пока думала о разговоре с директором. Нет, настолько откровенное признание совершенно исключено.
В банк из автобуса я бежала. Если в аэропорт выезжать заранее, то у меня оставалось два часа на Ольшанского, Майю Старцеву и подготовку к командировке. Не развлекаться туда еду, у директора три совещания запланировано и две официальные поездки. А если я так же буду страдать над протоколами, как сегодня утром, то живой из Новосибирска не вернусь.
Я влетела в приемную и первым делом разблокировала компьютер. Смс отправлять не стала, написала Ольшанскому в рабочий чат, что приехала. Ответил он практически мгновенно:
«Заходите, есть разговор».
Черт, он уже знает, что ли? Демису не хватило терпения дождаться, пока я вернусь на работу и сама все расскажу? Проклятый грек, наверняка, все расписал в красках. Не зря дергался, что Сергей его обманул.
Лицо вспыхнуло от стыда. Я представила, как они обсуждали меня и то, что Демис трогал между моих ног. «Задубела вся, не порвать». Руками точно нет, а чем-то другим…
Крыша снова чуть не поехала. Кровь в голову ударила и ноги стали ватными. Я шла к Ольшанскому, как на казнь. Сейчас он закроет кабинет, разденет меня и будет трахать.