- Крис! – он слышал, как в отчаянии закричала Ева, и отключил телефон. Ему больше не о чем было с ней говорить. Крис зажал голову руками, рухнул на кровать, уткнувшись лицом в подушку, и зарыдал.
Элис и Ева, они обе стали для него важны… И обеих он потерял…
Часть 5
… Бешеный ритм рока врезался в сон, не позволяя ему вновь тяжелой тревожной пеленой окутать уставший мозг. Крис болезненно поморщился и замычал, шаря рукой по кровати в поисках орущего телефона. Но орудия пытки рядом не оказалось. Нещадный, бьющий в голову гул не прекращался.
- Да заткнись уже! – прорычал Крис, сильнее вжимаясь в подушку.
Телефон замолк на мгновение, словно повинуясь его приказу, но потом зазвонил вновь, кромсая тишину дикими воплями. Крис понял, что его не оставят. Он с трудом сел на кровати и огляделся, ища сотовый. Тот светился и вибрировал, валяясь на полу возле кровати. В комнате было темно. Утро еще не наступило. Голова раскалывалась от громкой музыки звонка и от боли. Крис наклонился и поднял мобильник. На телефоне высвечивалось: «Е. Говард». Крис глянул на часы. Два ночи. Что за черт? Она что спятила, звонить в такое время?! И тут Крис вдруг вспомнил, что произошло вчера вечером. Головная боль вспыхнула спазмом неимоверной силы и волной прокатилась по всему телу. Крис застонал, сам до конца не понимая от чего больше – то ли от физической боли, то ли от боли, которая сковала душу. Первой мыслью было отключить телефон и не отвечать на вызов. Но… Крис так не мог… Ведь, почему-то она звонит в это время…
- Алло! – вышло немного грубовато и не совсем внятно. Язык плохо слушался.
В трубке царило молчание.
- Алло! – настойчиво повторил Крис.
- Извините… я, должно быть, не туда попал… - В трубке раздался растерянный мужской голос. Крис оторопело еще раз глянул на имя вызывающего. Может, ему спросонья что-то не то померещилось? Но на экране действительно стояло имя Евы. А мужчина на том конце не спешил отключаться. – Вы Крис? – неуверенно и отчего-то с опаской произнес он.
Сердце Криса тревожно забилось. Что все это значит?
- Д-да… - нерешительно ответил он.
- Ева… Ева Говард. Вы ее знаете? – интонация голоса была одновременно и вопросительная, и немного удивленная, будто говоривший предполагал услышать утвердительный ответ и уже заранее этому ответу удивлялся.
- Да… Знаю, – настороженно ответил Крис. Происходящее ему не нравилось. И от этого мозг начал работать быстрее. Красным светом вспыхнула тревога. – Ева… Что с ней? Что-то случилось?
- А вы Еве кто? – ответил вопросом на вопрос говоривший.
- Я… - Крис на мгновение замялся, а потом произнес:
- С какой стати я должен перед вами отчитываться? Вы позвонили посреди ночи на мой номер с чужого телефона и пытаетесь что-то выяснить. Может, для начала вы сами представитесь?
- Да… извините… Я просто не ожидал услышать мужской голос. Я… думал это одноклассник Евы. Я ее отец, Уильям Говард.
Крис тяжело сглотнул.
- Может, теперь вы объясните, кто вы. И откуда у моей дочери номер вашего сотового.
- Д-да… конечно…. – Крис набрал в легкие воздуха. – Я брат девочки, с которой Ева дружит в школе.
Крис знал, что Софи и Ева иногда общаются. Дальше стен школы это общение не шло, но обе иногда рассказывали ему о своих беседах на переменах и даже паре совместных обедов. И Крис знал, что они друг другу симпатизируют. Дружбой это, вряд ли, можно было назвать. Но приходилось выкручиваться. Действительно, откуда у тринадцатилетней девочки мог взяться номер телефона взрослого мужика, да еще к тому же с пропитым голосом? В трубке воцарилось молчание, которым Крис воспользовался, чтобы перевести разговор в другое русло и не вдаваться в более подробные разъяснения того, кто он такой, и вновь задал тревожащий его вопрос:
- С Евой что-то случилось?
- Да… - неуверенно произнес Уильям Говард, должно быть, стараясь определиться, стоит ли доверять какому-то незнакомцу, которого он в глаза не видел, и который каким-то не совсем понятным образом попал в список номеров его дочери-подростка. – Она… она пропала… - Наконец-то, выдохнул он.
Криса сковала тревога.
- Как пропала? Когда?
- Она вечером была очень расстроена чем-то, даже ужинать не стала. А потом мы обнаружили, что ее в комнате нет.. Даже телефон с собой не взяла. – Только сейчас по интонации голоса отца Евы Крис понял, насколько тот взволнован.