- Ева, ты в книжный за комиксами с нами пойдешь?
- Нет. Мне реферат до завтра написать надо, а я его, можно сказать, и не начинала.
Услышав имя «Ева», Крис рывком повернулся в сторону говорящих и увидел группу из четырех девочек, которая стояла с внешней стороны забора у самых ворот. Он тут же определил, которая из них обладательница имени, и впился в нее взглядом. После процедуры опознания, со времени которой прошло уже больше трех недель, он ни разу не видел ее так близко. А можно сказать, что и совсем почти не видел, если не считать пары случаев, когда издалека наблюдал, как она выходит из дома и направляется в сторону школы. Девочка была среднего роста, худенькая и, пожалуй, даже слегка угловатая, что весьма характерно для подростков ее возраста. Поверх школьной формы на ней была короткая черная кожаная куртка, а на ногах красовались высокие ботинки с грубой шнуровкой. Черные, как ночь, прямые волосы несли на себе печать каре, спускаясь спереди длинными прядями почти до ключиц и поднимаясь сзади так высоко, что концы их скрывались за краем красной вязаной шапочки, плотно натянутой на голову. Из-под этого яркого головного убора на лоб, закрывая брови и едва не доходя до глаз, свисала густая черная челка. Картину довершала красная, весьма броская помада, видимо, подобранная в цвет шапочки. И все вместе выглядело это как-то уж слишком по-взрослому и никак не сочеталось с ее подростковой угловатостью и хрупкостью. Девочка попрощалась с подругами и развернулась в сторону Криса, так как дорога домой пролегала мимо него. И… их глаза встретились. Крис ощутил, как его сердце замолчало, словно его в мгновение ока засосало в черную дыру, куда следом отправились и все его эмоции, переживания и адекватная реакция на происходящее. И на этот миг его психическое состояние можно было описать коротким, но емким словом: шок. Должно быть, то же самое испытала и Ева. Ее темные большие глаза распахнулись от ужаса, почти лишенное румянца лицо побледнело еще больше, губы чуть приоткрылись, а подбородок едва заметно задрожал. Но уже через мгновение она резко повернулась к еще не успевшим далеко отойти от ворот девочкам и, срываясь на сип и заикаясь, воскликнула:
- П-постойте! Лана, Анжелика! Я с вами!
… Крис корил себя за то, что произошло. Девочке и так непросто, а тут он… Что она должна была почувствовать, увидев его вновь? Ужас, застывший на ее лице, говорил о многом, и он – причина этого ужаса. Он опять травмировал ее... Крис принял твердое решение, больше не появляться возле школы, и, вообще, больше не появляться в жизни Евы. Он увидел, что она, не смотря на случившееся, живет, учится, общается с подружками. А это значит, что у нее все более или менее нормально. И он ей со своими муками совести и нравственными метаниями совершенно не нужен. Скорее наоборот, ей необходимо забыть его, вычеркнуть из памяти, стереть все воспоминания о нем и о том, что с ним связано.
Но через неделю Крис снова стоял возле школьных ворот. Он не мог отделаться от чувства, что его и эту девочку что-то связывает между собой, непреодолимо притягивая его к ней. И это были не только чувства вины и ответственности за содеянное и желание исправить неисправимое. Если бы она видела в нем только урода, совершившего насилие, то не дала бы ложных показаний, а значит, она испытывала по отношению к нему и какие-то другие чувства, и снова возникал вопрос «почему она так поступила?» И болезненная невозможность ответить на него вновь привела Криса к месту их последней встречи…
… На этот раз Крис увидел ее еще на дорожке, ведущей от выхода из здания к воротам. Ева шла одна. Она не торопилась и… казалось, вглядывалась в то место, на котором тогда стоял Крис. И, конечно же, почти сразу увидела его. На короткий миг их взгляды пересеклись. Ева быстро отвела глаза, ускорила шаг и, выйдя за ворота, тут же повернула в противоположную от дома сторону, дошла до пешеходного перехода и переправилась на другую сторону проезжей части. И только тогда украдкой бросила беглый взгляд туда, где по-прежнему стоял Крис. Обойдя таким образом препятствие в виде него, она направилась к дому, а Крис так и не сдвинулся с места, провожая ее растерянным взволнованным взглядом…