—Почему не позвонила, не предупредила? – Жека мне верит. Кажется, он действительно будет верить всему, что я говорю. Алик прав, влюбленный человек он слепой как котенок или хочет быть таковым.
— Мне не хотелось ни с кем общаться.
— Но я беспокоился, - Белоусов выглядит расстроенным. Я протягиваю руку и накрываю ладонью сжатый кулак. Он вздрагивает, вскидывает на меня взгляд, в котором бушуют разные эмоции.
— Прости, - виновато улыбаюсь. – Больше так не будет. Обещаю, что впредь не буду причиной твоего беспокойства. Сейчас мне намного легче, я готова пробовать жить в новой реальности. Пусть Ромы со мной нет, но ты остался.
Мои слова достигаю своей цели. Жека расслабляется, перестает хмуриться и обхватывает мои пальцы, легонько их сжимает. Хватает здравого смысла и выдержки не выдернуть руку, хоть и хочется.
— Я брата тебе не заменю, но ты можешь на меня рассчитывать. Ты же знаешь, как ты мне дорога, - смущенно улыбается, до конца не договаривает.
«Дорога» я могу быть для него по-разному. Как сестра лучшего друга, которую тоже воспринимаешь как младшую сестренку. Или как та, из-за которой не спишь ночами с сильной эрекцией.
— У меня сегодня дежурство, - Жека с сожалением убирает руку, залпом выпивает остывший кофе. – Может, на днях выберемся в парк погулять? Или куда-то съездим?
— Отличная идея, я только за, - с энтузиазмом поддерживаю предложения. Мне нужно с ним сблизиться. Нужно соглашаться по возможности на все, что Жека скажет, а позже поговорить по душам.
Я провожаю его до двери, мы как-то неловко чмокаем друг друга, и с облегчением выдыхаю, когда Жека уходит. Возвращаюсь на кухню, убираюсь после нашего чаепития, потом иду в свою комнату, разбирать вещи. Между делом убираю с полок фотографии Ромы. У меня такое ощущение, что он меня осуждает за связь с Хаджаровым, за целенаправленное сближение с Жекой ради выгоды. Знаю, что скажи я Роме, что хочу знать правду, он все равно не одобрил бы мое поведение.
Вибрирует мобильник. Смотрю на дисплей, номер совершенно незнакомый. Подхожу к окну, мимоходом кидаю взгляд вниз и цепенею. Аккурат напротив моего подъезда стоит мотоцикл. Тот самый или очень похожий на мотоцикл, который был в день убийства Ромы. И человек в шлеме стоит рядом. У меня от страха заходится в бешеной скачке сердце. Я кидаюсь к двери, щелкаю всеми замками. Телефон постоянно вибрирует. Кто-то очень хочет услышать мой голос.
Вновь подхожу к окну, выглядываю из-за шторки. Моргаю. Мотоцикл не исчез, как и человек. Ну не убивать же он придет сейчас меня? Эта мысль морозит. Тело напряжено, я словно готова сорваться в любую минуту в бегство. Было бы куда. Очень жалею, что Жека ушел. Рядом с ним не так страшно, как одной.
На телефон приходит сообщение. Я дрожащим пальцем нажимаю иконку и читаю.
«Эй, мелочь пузатая, не игнорь мои звонки. Я видел тебя в окне, так что шуруй вниз, покатаемся. Малик».
Мне хочется завизжать, но вместо этого до крови кусаю губу. Смотрю в окно, уже не прячась. Человек в шлеме машет мне рукой. Как это понимать? Как? Что это значит? Малик? Это он был тогда в подъезде и убил Рому? Или это жестокое совпадение?
Спешно переодеваюсь в спортивный костюм. Торопливо сбегаю на первый этаж и чуть ли не выпрыгиваю из подъезда. И действительно вижу Малика. В черном костюме для мотоциклистов. Черный мотоцикл. Черный шлем. И если так смотреть, то и по фигуре Малик похож на того человека с фотографии камер. Меня начинает мелко трясти.
— Эй, мелкая, ты чего застыла как заяц? – Малик подходит ко мне, хватает за предплечья и слегка встряхивает. – Отомри.
— Это твой мотоцикл? – выпаливаю быстрее, чем соображаю.
— Ага, нравится? Мы с Аликом любители погонять на железных конях, - очаровательная улыбка никак не вяжется с образом убийцы.
— Алик? – удивленно поднимаю глаза на парня.
— Да. Он тоже любитель мотоциклов. А еще… - смеется. – Город засыпает, просыпается мафия. Так вот Алик обожает по ночам гонять на большой скорости. Дэпосы знают его в лицо, уже устали присылать квитанции за превышение скорости.
Я окончательно путаюсь. Если верить словам Малика, то Жека прав, Хаджаров самый главный подозреваемый в убийстве. А зная его возможности, он запросто может прогнуть следователей под себя, и те с легкостью закроют дело. Или Алик сделает все возможное, чтобы оправдать своего человека.