Чтобы хоть как-то придти в себя и окончательно не свихнуться, обдумывая события прошлой ночи и сегодняшнего утра, решаю занять себя чем-нибудь. Выбор пал в пользу кино. Останавливаюсь на том, что пора пересмотреть Тиффани. Но даже во время просмотра одного из моих самых любимых фильмов мыслями я все время перескакиваю к нему. Мороженое не поднимает настроение, фильм не отвлекает. Как сказала бы Кейт "это повод напиться", но в таком виде я не хочу с ней встречаться. А раз встречи не избежать, то лучше бы мне принять душ и помыть голову. Ставлю фильм на паузу и отправляюсь в ванную.
Потоки воды льются на меня, но и им не удается очистить мою голову. Из ванной выбираюсь чистой физически, но не морально. Обматываю волосы полотенцем и, вновь забираясь в кровать, запускаю фильм.
Мысленно сравниваю Кей с Холли. Она порхает как птичка и выглядит всегда на все сто. Но что-то слишком часто в ее разговорах стал возникать один и тот же парень. Она продолжает развлекаться и все также весела, но вдруг это просто фасад и он действительно затронул ее сердце? Как знать.
Звонок в дверь. Слишком рано для Кей. Кто же это может быть? Подкрадываюсь к двери, будто я здесь незаконно. Он... Зачем он здесь? Не буду открывать. Он же не знает дома я или нет.
— Я знаю, что ты за дверью, — он как будто читает мои мысли. Или же просто блефует? — Я вижу твою тень. Не откроешь, я подниму шум и побеспокою твоих достопочтенных соседей, а они не забудут рассказать про твоих шумных гостей управляющему.
Разматываю свои тюрбан на голове, тру волосы, чтобы с них перестала течь вода и, забросив полотенце на кресло, пальцами разбираю пряди, чтобы придать им более презентабельный вид. Не то чтобы я хочу произвести на него впечатление, но и уродиной показаться не хочу. Закончив борьбу с волосами, открываю дверь.
— Чего тебе?
—Ты всегда так гостеприимна...— он протискивается внутрь, задевая меня плечом. Я закрываю за ним дверь.
— Так что тебе надо? Не все еще высказал? Или забыл что-то? — спрашиваю я, скрестив руки на груди.
— Забыл.
— И что же это? Я ничего не находила, но ты конечно можешь сам все об... — я не успеваю договорить, как он с силой притягивает меня к себе и грубо целует. Я упираюсь ладонями в его грудь и пытаюсь высвободиться, но не удается. Его губы смягчаются, одна рука ложиться мне на затылок и его язык проникает в мой рот. Я смыкаю на нем зубы.
— Какая дикая! Я бы тебя укротил и заставил ходить под седлом, — и он снова прижимается своими губами к моим, а его рука ложится на мою задницу.
Поцелуй такой нежный. Большой палец его другой руки гладит мою щеку, выписывает на ней круги. И я растворяюсь. Забываю, что злюсь на него, забываю, какой он козел. Мои губы открываются, уступая его натиску, и его язык вновь проскальзывает в мой рот, но на этот раз прием более дружественный. Я обвиваю руками его шею, а он, обхватив меня обеими руками за бедра, легко приподнимает в воздухе и прижимает к стене. Повинуясь какому-то первобытному инстинкту, обвиваю ногами его талию. Теперь я вплотную прижата к его крепкому телу и мне это нравится. Внизу живота разливается тепло, и я ощущаю его власть надо мной. Вот он момент истины — я хочу этого импульсивного мужчину.
Будто читая мои мысли, он сдвигает свои пальцы, затрагивая самую чувствительную часть моего тела.
— Ты такая горячая, — шепчет он мне в шею, а потом отрывает меня от стены, и плотно обхватив мою задницу руками, перемещается на диван.
Я сижу верхом у него на коленях. Его руки жадно шарят по моему телу. От поцелуев становится нечем дышать. Когда он в очередной раз прерывает поцелуй, его руки тянутся к краю моей футболки и, ухватив за подол, он тянет ее вверх. Теперь из одежды на мне одни только трусики настолько тонкие, что мне кажется, будто он через них ощущает, как сильно я его хочу. Его рука ложится на мою спину между лопаток, а вторая обхватывает грудь. Его язык описывает круги вокруг моего соска. Я хватаю его за волосы и сильнее прижимаю его голову к себе.
— Я так без волос могу остаться, — слышу его бархатистый смех.
Я ослабляю хватку, а он, обхватив губами мой сосок, неторопливо его посасывает. Это посылает электрический разряд вниз живота. С моих губ срывается стон, и я начинаю ерзать у него на коленях, задевая твердый бугорок в его джинсах. Он обхватывает одной рукой меня за талию и укладывает нас на диван. Наши тела сплелись. Его язык снова оказывается у меня во рту, а его бедро, об которое я беззастенчиво трусь, упирается в мой пах. Его руки изучают мое тело. Кажется, что они находятся сразу везде: в волосах, на спине, на груди. Он то медленно скользит по бедру, то описывает круги на моем животе. Мне кажется, я схожу с ума, я буквально горю, будто во мне проснулся вулкан. Его ладонь ложится у меня между ног, задевая какое-то особо чувствительное место. С моих губ срывается стон, который он жадно поглощает, страстно прижавшись губами. Его длинные, ловкие пальцы рисуют круги и поглаживают там, раз за разом задевая какую-то точку. Его движения плавные и уверенные, похоже, он знает, что делает. "Потому что он делал это много раз", — раздается в моей голове. Мысль неожиданно растворяется также, как и пришла — его пальцы устремляются под тонкую ткань трусиков и скользят там. Это так приятно, но так неправильно. Я знаю, чего он хочет. Но этому не бывать.