Ладно, значит, ванна. Что ж, это неплохая мысль! Наполним ванну. Нужна музыка, бокал вина. Да, отлично.
Ванна наполнилась и я уже практически собралась устроиться там, как в дверь позвонили. Неужели Кейт так быстро вернулась? Наверное, что-то забыла. Открываю дверь, но там не Кейт, в коридоре стоит мой сегодняшний обидчик и осматривает меня с ног до головы. От его оценивающего взгляда мне становится не по себе: моя любимая футболка кажется мне половой тряпкой. Слишком короткой половой тряпкой. Тяну ее вниз. Он усмехается. Ну конечно он привык быть в обществе стильных девочек, ухоженных, таких всех из себя. Я в его глазах выгляжу белой вороной.
Пауза что-то слишком затянулась. Он же сам пришёл! И почему тогда молчит? Он что, пялится на мою грудь? Я скрещиваю руки на груди, чтобы он понял, что ему здесь не рады. Снова эта его усмешка. Ладно.
— Чем могу помочь? — он роется в своём кармане и достаёт оттуда мой телефон. Боже!
— Да вот решил отдать, — наконец произносит он и протягивает мне мою собственность.
— Спасибо, — бормочу я и тянусь к телефону, но он тут же поднимает руку вверх и я не могу дотянуться, чтобы не оголиться ещё сильнее. Он что играет со мной?
— Мы так и будем стоять в дверях? Я думал, Грэг хорошо тебя воспитал.
Отхожу в сторону и впускаю его внутрь. Он проходит мимо меня и отправляет мой телефон снова к себе в карман. Да он издевается! И как он вообще смеет говорить о моем отце, о моем воспитании! Что он об этом знает! Непрошенный гость осматривается, разглядывает мои картины.
— Симпатичная квартирка.
— Спасибо.
— Угостишь чем-нибудь? — и он снова эта усмешка. Что это значит? Это какой-то намёк?
— Есть красное вино.
— А покрепче?
— Ничего.
— Значит, вино.
Отправляюсь на кухню. Достаю кое-как бокал, стараясь максимально сохранить приличную длину футболки. Наливаю ему бокал, подливаю себе. Когда передаю бокал, его пальцы на секунду касаются моих. По телу проходит ток, будто от статического электричества.
— Спасибо, — говорит он, устраиваясь на моем диване, и делает глоток. Я все ещё стою. Он поднимает на меня глаза:
— Так и будешь стоять? Присаживайся, я не кусаюсь, — и он похлопывает по дивану рядом с ним.
Ну уж нет! Занимаю своё любимое кресло. И опять эта усмешка. Хоть кого-то это все развлекает. Потягиваю вино. Говорить он видимо не собирается, и мы сидим в неловком молчании. Вдруг он склоняет голову и смотрит на меня под каким-то странным углом. Я осознаю, что в таком положении ему видны мои трусики. Черт! Скрещиваю ноги. Он улыбается. Так и хочется выплеснуть содержимое бокала ему в лицо, но вместо этого я спокойным тоном прошу вернуть мой телефон и протягиваю руку. Он в очередной раз достаёт его из кармана и протягивает мне. Во второй раз я на это не куплюсь. Жду, пока он положит его на мою ладонь. Опять эта усмешка. Он меня уже порядком раздражает. Разве ему не пора?
— Спасибо, что лично его доставил. Неужели у генерального директора так мало дел? — зачем ты приехал? Что тебе нужно?
Он пожимает плечами так, будто бы этого ему ничего не стоило:
— Просто был неподалеку.
— Откуда у тебя вообще мой адрес? — вдруг приходит совершенно очевидный вопрос.
— Есть масса способов получения информации…
— Ты следил за мной?
— Конечно, нет. Просто попросил одного знакомого разыскать тебя.
— Знакомого шпиона?
— Черт, да какая разница!
— Для тебя возможно и никакой. Для тебя это обычное дело. А мне важно знать.
— Да хватит, черт! Прими как факт и смирись.
— Уже слишком поздно. Тебе, наверное, пора.
— Выгоняешь меня? — и снова эта усмешка.
— Нет, просто подумала, что у тебя наверняка какие-то планы и тебе не захочется тратить своё драгоценное время на меня. К тому же у меня тоже есть планы.
— Что ж, в таком случае мне и правда пора, — он резко встаёт с моего дивана и направляется к двери. Мне останется только последовать его примеру. Возле двери он оборачивается:
— И вот ещё что: то, что сегодня утром произошло…
—Да?
— Извини, я был не прав.
Теперь настала моя очередь рассмеяться:
— Не прав? Ты оскорбил меня, унизил, довел до слез и теперь вот так просто «извини, был не прав», — я начинаю переходить на крик.
— А что я должен сделать? — он тоже начинает кричать. — Тройное сальто? Я приношу свои извинения.
— Извинения приняты. Убирайся.
— Вот и славно, — кричит он и в ту же секунду рывком притягивает меня к себе и целует так стремительно, что я даже не успеваю осознать, что происходит. Одна его рука у меня на затылке. Пальцы больно впиваются в голову, а второй рукой он обхватил меня за талию и крепко прижал к себе. Я вдыхаю исходящий от него аромат. Его губы такие жадные и требовательные, а мои губы как будто бы всю жизнь только этим и занимались. Когда он проталкивает в мой рот язык, из моего горла вырывается нечто — то ли стон, то ли всхлип. В голове абсолютная пустота и такое чувство, будто бы я парю. Но вдруг он также неожиданно прерывает поцелуй и уходит.