Затем по списку посуда. Приобретаю симпатичный набор на две персоны, добавляю салатник. Белый фарфор с красивым рисунком: цветок лаванды и тонкая сиреневая кайма. Покупаю пару чашек, набор столовых приборов. Задумываюсь, не прикупить ли посуду для готовки, и отказываюсь от затеи. Даже на такси везти их будет непросто. Это как раз покупка для курьерской доставки.
Затем по списку домашний текстиль. Покупаю красивый серый постельный комплект. Цвет скорее жемчужный. Докупаю полотенца для ванной и кухни ему в цвет. Подумав, беру и пушистый белый халат. Основное я купила. С ворохом пакетов прохожу по магазинам – ничего не ищу, просто глазею. Своеобразный отдых для глаз и души. Обожаю шопинг.
По иронии раньше для него было много времени, но мало денег. Теперь наоборот. Нам всегда чего-то не хватает.
Захожу в большой книжный магазин. В отдел детских книг и энциклопедий стараюсь даже не смотреть, чтобы не было больно. Жаль, что надолго не получается оставаться в хорошем настроении. Несколько минут покоя, когда удается отвлечься, затем вспоминаю про сына и сгораю от тоски.
Выбираю любовный роман в мягкой обложке. Вспомнив страсть к красивым ежедневникам – мне тоже хочется красивый аксессуар, как у Давыдова – иду в отдел с канцелярией. Он здесь просто огромный. Но сейчас практически пустой. Только у стоек с художественными принадлежностями мужчина выбирает альбомы. Присмотревшись, понимаю, что это тот мужчина, что был с беременной. Оглядываюсь, но ее не видно. Он здесь один.
Ежедневники оказываются неподалеку. Приходится подойти.
Рассматриваю красивые книжки в кожаных обложках, пытаясь понять, какая лучше подойдет для личной помощницы Давыдова. Беру в руки дорогую, но внешне скромную – в черной коже.
Мужчина стоит рядом, кошусь на него. Скорее даже парень. Выглядит нестарым. Темноволосый, с симпатичным лицом, пока не поворачивается ко мне другой стороной. Там безобразные шрамы, и я пугливо отвожу глаза.
Он листает альбом, проверяя страницы. Пальцы тонкие, стройные.
Кольца на безымянном нет.
Ну вот. А я вообразила себе, что это молодая пара, счастливая и беспечная. Они с той блондинкой не женаты. Может, он и не парень ей, а брат, например.
Он выбирает самый дорогой альбом с плотными качественными листами. Я перебираю ежедневники. На мгновение мы встречаемся взглядами у стойки.
Я отвожу глаза первой. Сразу же. На спине появляются мурашки. У него такое странное, чужое лицо и взгляд… Неулыбчивые, закрытые. Даже не могу описать ощущения. Просто понимаю – от него нужно держаться подальше. Не только мне. А в принципе всему живому.
– Девушка, – зовет он консультанта. – Мне нужны карандаши для рисования.
– Рисования? – переспрашивает та.
Я понимаю, почему она переспросила. У него невнятная речь. Наверное, из-за травмы, которая оставила шрам. Говорит мягко, борясь с кашей во рту, но «для рисования» получилось совсем неразборчиво.
– Да. Для художницы. Рисовать. Какие подойдут?
Пока консультант ему помогает, выбираю ежедневник. Решаю, что коричневая кожа благородного оттенка лучше, чем черная, и иду на кассу. Парень становится за мной.
Как раз этого я хотела избежать, но тут ничего не поделать. Просто не смотрю на него, рассчитываясь за ежедневник.
– Скидочная карта есть? – автоматически спрашивает продавец.
Качаю головой. Лезу в кошелек, когда она называет сумму, долго не могу найти карту – инстинктивно кошусь на «соседа», не понимая, что меня беспокоит. Почему-то он пугает меня. Пакеты мешают, часть я ставлю на пол, часть беру в другую руку. Наконец, нахожу кредитку и расплачиваюсь.
– Спасибо, – говорю я, сгребая покупки, чтобы уйти.
– Девушка, – снова слышу его голос. – Подождите.
Кажется, он ко мне обращается.
Оборачиваюсь. Неживые глаза смотрят в упор… но безразлично.
– Вы обронили, – только теперь замечаю, что он протягивает мой пропуск в офис.
Выронила, наверное, пока искала карту.
– Спасибо, – дрожащими пальцами забираю ее, и ухожу.
Не оборачиваясь, выхожу и смотрю, пока иду вдоль стеклянной витрины, как он рассчитывается за карандаши и альбомы. Безразличный ко всему. И вслед не смотрит. Что меня так насторожило? Или из-за звонка неизвестного я теперь от каждой тени шарахаюсь?
Отойдя подальше, успокаиваюсь и устраиваюсь в кафе. Оно причудливое – два яруса прямо в зале. Сажусь на первом, подальше от входа. Заказываю рисовую кашу на молоке с ягодами, сырники и кофе с молоком. Кашу приносят в глубокой тарелке, сверху красивая пирамида из кусочков клубники, малины и голубики, политые ложечкой меда. Сырники с джемом и сметаной. Кофе пахнет завораживающе и вкусно – с ноткой кокосового сахара. Прекрасный завтрак.