Шумно втянула воздух ноздрями. Как же не вовремя бабушка вышла из своей спальни, ещё каких-то пару минут и мне удалось выпроводить Агаева.
Приглашать дважды Руслана не пришлось, он быстро снял обувь и куртку. Заглянул в ванную комнату, чтоб помыть руки и вскоре присоединился к столу.
Бабушка включила на кухне телевизор, чтоб работал фоном, а я разливала по чашкам горячий чай – с бергамотом для Руслана специально приготовила и лимон положила, зная его вкусовые предпочтения.
Руслан занял свободный стул, что был рядом со мной. Под столом нашёл мою руку и положил её себе на колено. Я попыталась вырвать руку, но тщетно, ещё крепче сжал мои пальцы едва не до хруста.
Пили чай, разговаривая на нейтральные темы, словно ничего “такого” накануне не произошло. Точнее, разговаривали только Рус и бабушка, я же предпочла молчать и время от времени скашивать на мужа рассерженные взгляды. Он такой любезный с моей бабушкой, ну просто душенька. Знала бы бабуля, о грязной тайне Руса, думаю, поменяла бы об этом человеке свою точку зрения! Но я в жизни не расскажу о тайной связи Руслана с невесткой, потому что слишком уважаю Агаева и хорошо помню, что он для меня не сделал. Если бы не Руслан, кто знает, ходила бы я на своих двух ногах также уверенно как сейчас?
Глава 3
– Что-то я уже устала, пойду, – сказала бабушка, демонстративно прикрывая ладонью зевающий рот.
Бабушка встала со стула, Агаев тоже поднялся.
– А вы сидите, дети, сидите.
– Спокойной ночи, ба, – попрощалась с бабушкой, сдерживаясь, хотя очень хотелось процедить эти слова через зубы. Предательница! Специально оставила меня с Русом тет-а-тет.
Дождавшись, когда бабушка закроется в своей спальне, Рус нарушил молчание.
– Саша, поехали домой. Иди собери свои вещи, а я подожду в машине.
– Но я же тебе уже всё сказала. Я остаюсь у бабушки.
Стрельнув в меня рассерженным взглядом, Рус плотно поджал губы. Поднялся. К окну подошёл, ладоням опёрся о деревянный подоконник. Повёрнутый ко мне спиной, смотрел куда-то перед собой через призму стекла.
Я чувствовала, что раздражаю мужа своей категоричностью, но давать заднюю не собиралась. Может быть, я и пожалею о своём решении развестись с мужем, которого люблю до одури, но это будет потом. Сейчас же я хотела ему доказать, что об меня нельзя вытирать ноги как об тряпку!
Вздохнул. Повернулся в профиль, и я заметила, как на его скулах заиграли желваки. Продолжал злиться, даже костяшки на его пальцах побелели, потому что он с силой врезался ними в край подоконника.
– Я готов признать свою вину и выслушать все твои требования, но давай мы это сделаем у нас дома. Поехали, пожалуйста. Я очень устал, Саш, – голос действительно звучал уставшим, и где-то в глубине меня что-то содрогнулось.
– У меня нет никаких требований, точнее, есть только одно требование – отпустить меня и дать развод.
Резко повернувшись, Рус миновал разделяющее нас расстояние и сел рядом со мной на свободный стул. Взял за обе руки, подушечками больших пальцев стал гладить кожу вверх-вниз.
– Не отпущу, я же тебе говорил это в день нашей свадьбы, когда я надел кольцо на твой безымянный палец. Ты моя жена! Это на всю жизнь, Саша. Понимаешь? В моей семье разводы неприемлемы, ты это знаешь.
Почувствовав, что вот-вот дам слабину, я резко вскочила на ноги, начала убирать со стола чашки из-под чая. Отнесла их в раковину, включила в кране воду.
Рус подошёл со спины, обнял за талию крепко. Одной рукой забрался под халатик, ладонью повёл по бедру.
– Саша, ну, хватит уже капризничать. Давай мириться. Сейчас приедем домой и закажем что-то из ресторана, что ты любишь. Я куплю тебе цветы, украшения, что захочешь, – обещал Рус, а я не смогла сдержать ухмылку. Пусть не думает, что я, хоть и влюблённая в него по самые уши дурочка, сейчас сдамся.
– Уходи. Я хочу остаться здесь. Точка.
– Ладно. Сегодня я тебе уступлю. Переночуй у бабушки, ты же по ней соскучилась, да?
Я ничего не ответила, сконцентрировавшись на грязной чашке, ручка которой была зажата в моих пальцах.
Руслан всё-таки ушёл, хотя уходить без меня ему не хотелось. В коридоре, когда прощались, муж не упустил возможности обнять меня и поцеловать в щеку. Я едва смогла удержаться, чтоб не потереться щекой о его колючую щетину и не ответить на поцелуй со всей страстью, как я умею.
Закрыла за ним дверь, спиной прижалась к стене. Слёзы брызнули из глаз, и я зарылась лицом в ладонях.
Сердце и душа тянулись к мужу. Хотелось побежать вслед за ним, сесть в его машину рядом с водительским креслом и всю дорогу, пока мы ехали б домой, не сводить взгляда с профиля Агаева.