— Мы собрались на побережье с Обироном, мам, — Сайфар не отпрашивался, он ставил перед фактом.
Джудит знала, что останавливать его бесполезно, да и Обирон прекрасно осведомлен о технике безопасности со своим племянником. Хотя дети были одного возраста, и вели себя как братья.
Джу настроила браслет Сайфара на геолакационный мониторинг.
— Вот, смотри, — она показала на карту побережья. — Я буду действовать в радиусе двадцати километров. Если вы пойдете к скалам, я не смогу подавлять твои способности. Пожалуйста, не убегай слишком далеко, а то…
— …я могу кого-нибудь убить, — пробубнил Сайфар, глядя на маму из-за длинной черной челки. — Я понял, мам, не волнуйся.
— Вот и хорошо… беги, — она поцеловала Сайфара в лоб и тот умчался, словно ветер. — Ох…
— Все волнуешься за него? — Кассарион вошел в сад, и был чуть ли не сбит с ног собственным сыном прямо на пороге, — Эй, полегче, парень!
— Я буду к вечеру, пап! — бросил Сайфар, тряхнув иссиня-черной шевелюрой и скрылся из виду.
Кассарион рассмеялся. Сорванец растет. Смертельный дар еще не наложил отпечаток на его характер. Ведь Джудит подавляла его… но совсем скоро он войдет в подростковый период, вот тогда и начнет меняться. Грядут проблемы. Кассарион, помня себя, уже готовился к обороне.
— Да, очень волнуюсь, — Джудит прижалась к мужу, как беспокойный птенчик, и глубоко вздохнула. — Пока он еще совсем юный, но уже себе на уме.
— Весь в тебя, — рассмеялся Кассарион и погладил жену по голове.
— Ну уж нет, я была послушной и правильной девочкой. Скорее, он пошел в тебя, — пожаловалась Джу.
Кассарион так нежно любил ее, что она сразу успокаивалась в его объятьях.
— Когда он вырастет, у него появятся свои заботы, а я не смогу быть все время рядом. Он что, всю жизнь не будет отходить от меня дальше двадцати километров? У него слишком сильный дар...
— Думаю, мы найдем выход, время еще есть.
— А как он найдет себе пару? — охнула Джудит. — С его-то даром смерти? Он же убивает все, к чему прикасается…
— Милая, с 15 лет ему можно будет носить подавитель телепатии, — напомнил ей Кассарион. — Так что не волнуйся, без внуков ты не останешься, — на этот раз Касс поцеловал ее по-настоящему, в губы. — Собирайся. Тебя еще ждут местные со своими проблемами.
Наверное, в этом есть и его вина. Доктор сказал, что телепатия их сына зародилась в момент зачатия. Всплеск лютэн-энергии матери способствовал закреплению дара смерти, а вот источником был все-таки отец… на руках Кассариона была отнятая жизнь — свежая смерть, что еще не до конца смылась кровавыми разводами с рук… это и решило судьбу Сайфара. Его дар окрасил волосы мальчика в чёрный — цветом смерти.
Джу с Кассом говорили об этом, в итоге решив нанять специалиста по поиску пары, когда их сын повзрослеет. Потому что с таким даром найти свою судьбу будет не так-то просто…
В актовый зал местной администрации они добрались быстро, за каких-то двадцать минут. Все это время Джудит внимательно следила за передвижениями сына. И только после того, как Кассарион ее успокоил поцелуями, немного отвлекалась от браслета.
Аманданте усилил свою протекцию на разные сегменты Омеги, так что работы простояло непочатый край.
Прием проходил тягуче и немного напряженно. Люди приходили к представителю власти со своими проблемами, потому что Джудит предпочитала знать о тяготах народа из первых уст. Кому-кому, а льстивым докладчикам она точно не доверяла. Отметилась и местная администрация школы, и ее «любимый» директор, который за тридцать лет не сменил свою должность.
Он пришел к своей бывшей ученице с таким ворохом проблем, что она сразу поняла — он мстит ей за все годы, что она изводила администрацию школы, чтобы выбить плюшки для учеников.
К слову, сейчас Джудит исполняла все его просьбы, и школа для бедных детей стала одной из самых престижных на побережье. Но там все так же учились дети из простых семей, которые теперь имели шанс на достойное будущее.
Джудит сидела на резном стуле, больше похожим на трон. Величественная, в церемониальном атласном платье, с императорской ленточкой наискосок. Кассарион стоял рядом, положив руку на спинку ее стула.
Он мог бы сесть рядом, как муж, имевший высокий титул, но предпочитал стоять, как личный телохранитель. Потому что профессию он свою не бросил — просто теперь заботы императорской службы безопасности распространялись и на принцессу. Кассарион был ответственен за ее целостность и сохранность.