- Да, это своего рода алтарь бога Молоха. По легенде плоский камень - место встречи мира людей и мира богов. Вода в нем служила порталом, а семь отполированных камней вокруг - символы семи древних городов, семи кланов, семи нисходящих в жертву душ… Ритуальное число полноты и абсолютной отдачи, - добавила она чуть ли не с придыханием.
Семь нисходящих в жертву душ… Какой бред.
- О… как вы хорошо осведомлены! – процедила я, испытывая нарастающее напряжение.
- Какое-то время я работала культурологом, и, кстати, консультировала Вадима Михайловича перед тем, как приобрести некоторые предметы для его коллекции. Так мы, кстати, и познакомились, а потом он пригласил меня работать в один из своих отелей.
Мифы... Религиозные культы.
С брезгливостью покосившись на «алтарь бога Молоха», я вновь вспомнила о сестре Вадима и названии кондитерской сети, конкурирующей с «Сахарком».
«Алекто». Богиня мщения. Не трудно было провести определенную параллель…
Значит эти двое всерьез увлекались мифами и всей этой оккультной чушью… Хм.
- Вера, знаете… - щеки Ольги залились румянцем, она кашлянула в кулак, - Я так рада, что Вадим Михайлович решил остепениться, - вдруг выпалила она, вводя меня в еще большее оцепенение.
- Э-э… - я состроила кислую мину, не в силах изобразить даже подобие радости: если она реально будет жить здесь, то довольно быстро догадается, что из себя представляет наш союз…
Однако, пока, похоже, женщина нас не раскусила, путанно продолжив.
- Понимаете, Вадим Михайлович всегда утверждал, что заводить семью, а уж тем более детей, ему не по судьбе… За годы работы на него я ни разу не видела, чтобы Завьялов связывал себя с кем-то серьезными отношениями… - раскрасневшись, сетовала она.
Не по судьбе…
- А он как-то это объяснял? – прищурившись, я не удержалась от вопроса, - Ну, что не планирует заводить семью… детей…
- Отшучивался только… Что-то вроде «боги не благоволят»… - развела руками женщина.
Опять эти боги…
- Вы только не подумайте, что я рассказала вам это с каким-то злым умыслом! – внезапно спохватилась она, - Просто Вадим Михайлович такой хороший мужчина… И столько лет один… Возможно, вы не знаете, но несколько лет назад он открыл небольшой заповедник для редких видов животных на Алтае! Вы там уже были? – глаза пожилой женщины наполнились такой неподдельной щенячьей теплотой.
Меня аж передернуло – вспомнила о том, как этот лицемерный любитель зверюшек засадил моего отца за решетку…
- Еще не доводилось, - и Вадим как обычно предпочел оставить эту информацию в строжайшем секрете.
Шифровальщик хренов.
- Полагаю, он хочет устроить вам сюрприз… - тут же нашлась женщина.
Желая скорее увести разговор в другое русло, надеясь выпытать у нее еще что-нибудь полезное, я приблизилась к камину, достав с одной из полок странный нож с пожелтевшей рукоятью.
- А это что такое? – негромко спросила я, с любопытством разглядывая оружие.
- Серповидный нож херем – Ольга заметно оживилась, подходя ближе, - Орудие жертвоприношения, чей изогнутый клинок был предназначен для одного, строго определенного действия… - она понизила голос, - Думаю, вы догадываетесь, о чем речь…
- Хотите сказать, этим хер… херемом кого-то… - ощущая, как горлу подступает тошнотворный ком.
- Вера, все это очень старые ритуальные инструменты. Знаю, что Вадим Михайлович собирал некоторые экземпляры своей коллекции по всему миру, и, разумеется, это только верхушка айсберга. Подозреваю, что более ценные предметы хранятся у него в сейфе…
Так-как… Она даже была в курсе, что у моего горе-муженька имелся сейф, набитый всяким оккультным дерьмом. Как бы незаметно выпытать его местоположение? Догадывалась, что там найдется много всего интересного…
Глава 69
Пока Ольга поспешила на кухню, спохватившись, что у нее там что-то кипит, я решила закончить с осмотром дома.
Только предварительно вернулась за телефоном, чтобы запечатлеть все свои находки, отправив их Игнатову. Интуиция подсказывала, что дядя Толя найдет их «крайне занимательными».
Так кто же ты, Вадим Полянский?
Вздохнув, я поплелась в библиотеку, расположенную дальше по коридору. Хотя библиотека – слишком громкое слово для нескольких стеллажей из темного дерева, встроенных в нишу.
Но книг было достаточно.
И снова уже знакомые мне бесчисленные тома по истории военного искусства в разных переводах.
Пройдя чуть дальше, я обнаружила на полке между фолиантами небольшой бронзовый треножник, покрытый патиной. Внутри лежало несколько серых, окаменевших на вид комочков смолы.