Глава 8
Маша
Меня везут в его квартиру.
Нет, не квартиру. Пентхаус.
Когда лифт открывается прямо в прихожую, я застываю на пороге.
Это... нереально.
Огромное пространство. Панорамные окна от пола до потолка, вид на город. Минималистичная мебель — дорогая, стильная. Всё в серо-белых тонах с акцентами тёмного дерева.
— Проходите, — Виктор жестом приглашает внутрь.
Я делаю шаг. Потом ещё один. Паркет скрипит под моими дешёвыми кроссовками.
Появляется женщина лет пятидесяти — полная, с добрым лицом и усталыми глазами.
— О, — она смотрит на меня с любопытством. — Рустам Игоревич предупредил. Светлана Петровна, домработница. Можно просто Света.
— Маша, — выдавливаю я.
— Покажи ей комнату, — говорит Виктор. — Босс вернётся поздно.
Света кивает, берёт мой жалкий рюкзак, в который я успела собрать только самое необходимое:
— Пойдём, дорогая.
Ведут меня по коридору. Останавливаемся у двери в конце.
— Вот здесь, — Света открывает.
Я вхожу — и снова теряю дар речи.
Комната огромная. Кровать кинг-сайз с белоснежным бельём, шкаф во всю стену, рабочий стол у панорамного окна. Дверь в ванную комнату.
— Это... слишком, — бормочу.
— Хозяин хочет, чтобы вам было комфортно, — Света кладёт мой рюкзак на кровать. — Если что нужно — я на кухне. Ужин оставила в холодильке, разогреете в микроволновке.
— Спасибо.
Она уходит, прикрывая дверь.
Я остаюсь одна. Медленно обхожу комнату, словно это минное поле. Трогаю вещи — все такие дорогие, красивые, чужие. Не мои. Подхожу к окну. Город внизу сверкает огнями. Машины ползут, как светлячки. Люди — как муравьи.
Интересно, как это — жить здесь постоянно? Смотреть на всех сверху вниз? Чувствовать себя богом? Наверное, кружит голову.
Телефон вибрирует. Мама. Опять.
Беру трубку:
— Алло?
— Где ты?! — голос пьяный, истеричный. — Приехали какие-то люди, продукты привезли, сказали, что ты велела! Что за херня?!
— Мам, я... устроилась. На новую работу. С проживанием.
— Какую работу?! Ты что, совсем охренела?!
— Всё нормально. Просто... мне нужно пожить отдельно какое-то время.
— А мне что, сдохнуть здесь?!
Сжимаю телефон так, что пальцы болят:
— Тебе будут продукты возить. Денег добавлю на карту. Ты справишься.
— Ты... — она начинает очередную тираду, но я сбрасываю.
Отключаю звук. Бросаю телефон на кровать. Руки дрожат. Внутри всё сжимается — от злости, обиды, бессилия.
Иду в ванную. Включаю свет — и застываю. Мрамор. Огромная ванна. Душевая кабина со стеклянными стенками. Полки с дорогими баночками — шампуни, гели, кремы.
Я осторожно беру один флакон. Читаю этикетку. Цена, наверное, как моя месячная зарплата. Ставлю обратно. Смотрю на себя в зеркало. Бледная, с красными глазами, растрёпанная. В дешёвой футболке и джинсах.
Что я здесь делаю?
Возвращаюсь в комнату. Открываю шкаф — и замираю. Там уже висит одежда. Новая. С бирками. Платья. Джинсы. Блузки. Нижнее бельё. Всё точно моего размера.
Я с силой захлопываю дверь шкафа. Он купил мне одежду. Не спросив. Просто купил. Словно я его... его что? Кукла? Игрушка? Собственность?
Сажусь на край кровати, обхватываю голову руками. Что происходит? Почему он это делает? Говорит — защищает. Но от кого? И правда ли это всё? Или просто предлог держать меня здесь?
А зачем я ему?
Вспоминаю, как он смотрел на меня в кабинете. Как прикасался. Как почти поцеловал — но отстранился.
"Когда будешь готова — сама попросишь."
Я вздрагиваю от этого воспоминания. Он играет. Это игра для него. Охота. А я — добыча.
Встаю, начинаю ходить по комнате. Нервно, взад-вперёд. Не могу усидеть на месте. Нужно успокоиться. Подумать. Найти выход. Но где он? Окна не открываются — панорамные, глухие. Дверь не заперта, но куда я пойду? Виктор ушёл, но наверняка есть охрана. Да и город огромный, я не знаю этот район.
Я в ловушке.
Иду к двери, прислушиваюсь. Тихо. Только где-то далеко — негромкая музыка. Телевизор, наверное. Света смотрит.
А Рустам?
"Вернётся поздно," — сказал Виктор.
Хорошо. Значит, у меня есть время. Освоиться. Подумать. Может, найти телефон, позвонить... кому? Лине? Полиции?
И что я скажу? "Меня похитили, но не по-настоящему, я вроде как согласилась, но вроде как нет"?
Смешно.
Ложусь на кровать, не раздеваясь. Смотрю в потолок. Матрас мягкий. Подушки пахнут свежестью. Постель явно новая — специально для меня застелили.
Закрываю глаза. Пытаюсь уснуть. Не получается. Вместо сна — его лицо. Его голос. Его руки.
"Ты моя."
Нет. Я не его. Не буду. Но почему тогда внутри что-то сжимается от этих слов? Почему я не ненавижу его так, как должна бы? Почему часть меня... хочет остаться?