Он поднимает бровь — удивлённо, скептически:
— Защиту? Рустам, она просто курьер. Ничего не знает. Зачем...
— Потому что, — перебиваю я, — если Краснов узнает, что она видела что-то или может что-то вспомнить — он её уберёт. Просто на всякий случай. Концы в воду. Ты же его знаешь.
Виктор молчит, обдумывая. Потом медленно кивает:
— Логично. Но...
— Но? — подаюсь вперёд.
— Ты уверен, что дело только в этом?
Я выдерживаю его взгляд. Виктор смотрит на меня слишком долго, слишком внимательно. Он знает меня. Читает, как открытую книгу.
— У меня есть причины, — говорю наконец.
— Какие?
Пожимаю плечами, стараясь выглядеть безразличным:
— Мои.
Он качает головой, усмехается — не злобно, скорее с пониманием:
— Рустам, ты серьёзно? Влип по уши, да?
Я не отвечаю. Не хочу говорить вслух то, что сам ещё не до конца осознал.
Но да. Похоже, что да.
Виктор вздыхает, поднимается:
— Ладно. Твоя жизнь, твои решения. Когда берём девчонку?
Смотрю на часы. Полпервого ночи.
— Завтра вечером. Пусть денёк поволнуется. Сходит в полицию на допрос, подумает, что дальше делать. А вечером — заберёшь.
— Принято, — кивает Виктор и направляется к двери. На пороге останавливается, оборачивается: — Только ты уверен, что это правильно? Тащить её в свой мир?
Я смотрю на него долго. Потом усмехаюсь:
— Нет. Но я всё равно это сделаю.
Он уходит, закрывая за собой дверь.
Я снова смотрю на фотографию Маши на экране. Провожу пальцем по её изображению, словно могу коснуться по-настоящему.
Она думает, что сбежала.
Что может спрятаться.
Но на самом деле она уже поймана. Просто ещё не знает об этом.
Я мог бы забрать её сегодня. Прямо сейчас. Приехать, вышибить дверь, взвалить на плечо и увезти. Но где в этом интерес?
Пусть полежит в своей холодной кровати под драным одеялом и подумает обо мне. Пусть вспомнит, как я её трогал. Как она стонала и извивалась подо мной. Как умоляла не останавливаться.
А завтра...
Завтра я заберу то, что моё.
И на этот раз она уже не убежит.
Глава 3
Утро встречает меня головной болью и звонком с незнакомого номера.
Я просыпаюсь от резкой трели — телефон вибрирует на тумбочке, подпрыгивает, грозится свалиться на пол. Тянусь к нему вслепую, едва разлепив глаза. Голова раскалывается — спала плохо, урывками, снились кошмары.
На экране высвечивается номер. Незнакомый.
На секунду замираю, и сердце подпрыгивает. Рустам? Нет, он вчера звонил с другого. Хотя... у таких людей наверняка куча телефонов.
Беру трубку, прочищаю горло:
— Алло?
— Мария Королёва? — мужской голос, официальный, сухой.
— Да... — осторожно отвечаю я, садясь на кровати.
— Полиция. Вам нужно приехать в отделение для дачи показаний. По делу о взрыве в офисном здании на Промышленной.
У меня внутри всё холодеет. Взрыв. Показания. Полиция.
Господи, началось.
— Я... Сейчас? — выдавливаю я, чувствуя, как начинают дрожать руки.
— В течение дня. Адрес скину сообщением. Желательно до обеда.
Он сбрасывает, не дожидаясь ответа. Даже не спросил, удобно ли мне, есть ли вопросы.
Я сижу на кровати, обхватив голову руками, и пытаюсь собраться с мыслями.
Полиция. Допрос. Они будут спрашивать про конверт. Про то, что я там делала. Про взрыв.
А что я скажу? "Я доставляла какую-то фигню, не спрашивая, что внутри, потому что мне пообещали много денег"? Прекрасно. Просто прекрасно. Меня, конечно, не посадят — вроде как ничего противозаконного не сделала. Но подозрение останется. И кто знает, чем это обернётся.
Телефон пиликает — пришло сообщение с адресом. Отделение недалеко отсюда. Минут двадцать пешком.
Встаю, иду в ванную. Смотрю на себя в зеркало — бледная, круги под глазами, волосы торчат во все стороны, как у ведьмы. Красота, да.
Умываюсь холодной водой, пытаясь привести себя в чувство. Вода обжигает кожу, но немного легчает. Мозг начинает работать чуть бодрее.
Иду на кухню, молясь, чтобы мамы там не было. Везёт — она, видимо, ещё спит. Или лежит с похмелья, что более вероятно.
Наливаю себе воды из-под крана, делаю несколько глотков. В холодильнике — пусто. Ну, почти. Кусок засохшей колбасы, пачка масла и что-то зелёное в контейнере, на что страшно смотреть.
Закрываю холодильник, отказываясь от идеи позавтракать.
Иду одеваться. Джинсы — те же, что вчера. Чистая футболка из шкафа — серая, безразмерная, удобная. Куртка. Кроссовки.
Проверяю телефон — уже девять утра. Нужно выдвигаться, если хочу попасть к обеду.