Я ждала удара. Ждала крика.
Но вместо этого я увидела, как в глубине его черных глаз вспыхнуло темное пламя. Это была ярость, да. Безумная, разрушительная ярость. Но там было и что-то еще. Шок. Неверие. И... восхищение?
Он облизнул губы, пробуя вино на вкус.
— Хороший винтаж, — процедил он, и его голос звучал пугающе низко. — Дорогой выбор для мести.
— Я не экономлю на удовольствиях, — ответила я, глядя ему прямо в глаза. Мое сердце билось где-то в горле, но я не отступила ни на шаг.
Я небрежно бросила пустую бутылку на мягкий диван. Вино капало с его подбородка на ковер. Мы стояли друг напротив друга — я в разорванном платье, он залитый вином. Две катастрофы. Два стихийных бедствия, столкнувшихся в одной точке.
— Ты заплатишь за это, — прошептал он, делая шаг ко мне. От него пахло вином и опасностью.
— Присылай счет, — огрызнулась я.
Я подтянула пиджак, плотнее запахивая его на груди, скрывая позор, и развернулась на каблуках.
— Иди к черту, Кайрат, — бросила я через плечо. — И передай друзьям, что они проиграли свои деньги. Я никуда не сбегу.
Я шла к выходу сквозь толпу, чувствуя спиной его взгляд. Тяжелый, горячий, обещающий расплату. Но впервые за эти дни я не чувствовала себя жертвой.
Я вышла из клуба в прохладную ночь, трясущимися руками вызывая такси. Денег на карте едва хватало, но мне было все равно.
Садясь в машину, я посмотрела на свои руки. Они были липкими от вина.
Война была объявлена официально. И я только что нанесла первый ответный удар. Но вспоминая тот взгляд, которым он провожал меня — смесь ненависти и голода, — я понимала одно: эта игра будет куда опаснее, чем я могла себе представить. И ставкой в ней были уже не деньги, и даже не гордость.
Ставкой было что-то, что я боялась назвать по имени.
Глава 4: Тени прошлого
Такси неслось по ночному городу, разрезая темноту желтыми фарами, а я сидела на заднем сиденье, обхватив себя руками. Водитель — пожилой мужчина с уставшими глазами — то и дело бросал на меня опасливые взгляды через зеркало заднего вида. Я не могла его винить. Я выглядела так, словно сбежала со съемочной площадки триллера: разорванное дизайнерское платье, волосы, слипшиеся от дорогого вина, и бордовые пятна на коже, которые в тусклом свете уличных фонарей пугающе напоминали кровь.
В салоне пахло дешевым ароматизатором «елочка» и табаком, но я чувствовала только тяжелый, приторно-кисловатый запах каберне, пропитавший каждую нитку моей одежды.
Моя рука все еще помнила тяжесть бутылки. Мои уши все еще слышали тот звонкий всплеск, с которым вино ударило в лицо «короля университета».
Я сделала это. Я перешла Рубикон.
Когда такси затормозило у высоких кованых ворот особняка Алиевых, я расплатилась через приложение, оставив щедрые чаевые за молчание, и вышла в прохладу ночи. Дом возвышался передо мной темной громадой, напоминающей спящего дракона. Мраморный мавзолей. Золотая клетка. Теперь, глядя на темные окна, я понимала: это не просто дом. Это крепость, которую мне предстояло либо взять штурмом, либо погибнуть у её стен.
Охрана на воротах молча пропустила меня. Они уже привыкли не задавать вопросов падчерице хозяина, хотя я заметила, как один из них задержал взгляд на моем испорченном платье. Завтра об этом будут знать все. В этом доме даже у стен были уши, а у статуй — глаза.
Я проскользнула в дом, стараясь не стучать каблуками по мрамору холла. Тишина здесь была не умиротворяющей, а давящей, плотной, как вата. Было около трех часов ночи. Мама и Сулейман давно спали в своем крыле. Мне нужно было добраться до своей комнаты, смыть с себя этот вечер и забыться сном.
Но сон не шел.
Даже после того, как я сорок минут простояла под горячим душем, с остервенением стирая с кожи следы вина, пока она не покраснела; даже после того, как я выбросила испорченное платье в мусорную корзину, упаковав его в плотный пакет, чтобы горничная не задавала вопросов; даже когда я надела свою «броню» — безразмерную футболку своего бывшего парня, которого я бросила еще до переезда, и короткие хлопковые шорты, — я не могла успокоиться.
Внутри все вибрировало. Взгляд Кайрата. Та смесь ярости и восхищения, которую я увидела в его глазах, стояла передо мной, стоило мне только закрыть веки. Он не ожидал отпора. Он привык, что жертвы плачут и убегают. Я же ударила в ответ.
*«Ты заплатишь за это».*
Его шепот эхом отдавался в моей голове.
Я не могла оставаться в четырех стенах своей спальни. Мне нужен был воздух. Мне нужно было пространство, где не пахло бы моими страхами.
Накинув на плечи длинный шелковый халат, я босиком вышла в коридор. Дом спал, погруженный в глубокие тени. Лунный свет падал сквозь огромные окна, расчерчивая пол серебряными прямоугольниками. Я шла бесшумно, как призрак, сама не зная, куда меня несут ноги.