Поэтому сейчас я сжимала руль своего старенького «Фольксвагена», который чудом пережил переезд, и всматривалась в черноту трассы. Дождь хлестал по лобовому стеклу с такой яростью, будто хотел разбить его вдребезги. «Дворники» метались из стороны в сторону, не справляясь с потоками воды, размазывая свет редких встречных фар в сюрреалистичные пятна.
Я уехала слишком далеко. Бессмысленная поездка в пригород, в какой-то круглосуточный магазин для художников, который я нашла в интернете, была лишь предлогом. Мне просто нужно было почувствовать, что я все еще управляю своей жизнью. Что я все еще Карина, которая носит растянутые рубашки и слушает инди-рок, а не «падчерица Сулеймана Алиева», загнанная в угол в собственном доме.
Машина дернулась.
Сначала это был легкий толчок, словно кто-то невидимый пнул бампер. Затем двигатель чихнул, обороты упали до нуля, и приборная панель вспыхнула рождественской гирляндой тревожных лампочек.
— Нет, нет, нет, — прошептала я, вцепившись в руль до побелевших костяшек. — Только не сейчас. Пожалуйста, малышка, не сейчас.
Но «малышка» меня предала. Мотор заглох окончательно, и инерция протащила нас еще метров пятьдесят, прежде чем автомобиль замер на обочине, погружаясь во тьму. Фары погасли последними, оставив меня наедине с барабанной дробью ливня и густой, липкой темнотой загородной трассы.
Я сидела в тишине несколько секунд, слушая, как сердце стучит где-то в горле. В салоне стремительно холодало.
— Черт! — я ударила ладонью по рулю.
Телефон. Я лихорадочно порылась в сумке, выуживая мобильник. Экран осветил салон бледным светом. 23:40. Зарядка — 12%. Связь — одна жалкая палочка, которая то появлялась, то исчезала.
Первый звонок маме. Длинные гудки. Еще гудки. Затем механический голос: «Абонент временно недоступен…» Конечно. Они с Сулейманом уехали на благотворительный аукцион, а там телефоны принято отключать. Или просто не слышат из-за музыки и звона бокалов.
Я попыталась вызвать такси через приложение. Колесико загрузки крутилось бесконечно, издевательски напоминая мне о том, в какой дыре я оказалась. «Нет соединения с сервером».
Паника начала подниматься ледяной волной от желудка к горлу. Я была одна, в тридцати километрах от города, в машине, которая превратилась в груду бесполезного металла, под проливным дождем. Мимо, обдавая мой «Фольксваген» грязью, пронеслась фура. Ее огни исчезли в пелене дождя за секунду. Никто не остановится. В такую погоду каждый думает только о себе.
Я пролистала список контактов. Университетские знакомые? Слишком далеко, да и нет у меня друзей, готовых сорваться в ночь.
Палец замер над именем «Кайрат».
Я закусила губу так сильно, что почувствовала привкус металла. Только не он. Кто угодно, только не он. Позвонить ему — значит признать поражение. Это значит дать ему в руки еще одно оружие, еще один повод для насмешек. «Что, сестренка, твое корыто сдохло? А я предупреждал». Я почти слышала его голос, пропитанный ядом.
Я отбросила телефон на пассажирское сиденье и обняла себя руками. Холод пробирался под тонкую куртку.
Прошло десять минут. Затем двадцать. Окна начали запотевать изнутри. Стало по-настоящему страшно. Темнота за стеклом казалась живой, враждебной. Каждый шорох заставлял меня вздрагивать. А что, если следующий, кто остановится, будет не спасителем, а кем-то похуже?
Я снова схватила телефон. 8% заряда. Гордость — это роскошь, которую я сейчас не могла себе позволить.
Руки дрожали, когда я нажала на вызов.
Гудок. Второй. Третий.
Сбрось, взмолилась я про себя. Сбрось, и я придумаю что-нибудь другое. Я пойду пешком. Я…
— Что? — голос в трубке прозвучал резко, на фоне гремела музыка и какой-то шум.
Я задохнулась от неожиданности, слова застряли в горле.
— Ну? — рявкнул Кайрат. — Если ты звонишь, чтобы подышать мне в трубку, Карина, то выбери другое время. Я занят.
— Я… — мой голос сорвался, прозвучав жалко и тонко. Я ненавидела себя в этот момент. — У меня машина заглохла.
Тишина на том конце стала плотной. Музыка внезапно стихла, словно он вышел из помещения или закрыл дверь.
— Где? — коротко спросил он. Тон изменился. Исчезло раздражение, появилась ледяная деловитость.
— На старой северной трассе. Километр… кажется, тридцатый. Я не знаю точно. Тут лес и темно. Я не могу вызвать такси, приложение не грузится, а мама…
— Скинь геолокацию. Сейчас.
— Интернета почти нет, я не уверена, что…
— Скинь. Чертову. Локацию. Смс-кой, если интернет не тянет. И запри двери. Никому не открывай.
Он отключился прежде, чем я успела сказать «спасибо» или «пожалуйста».