Когда он снова прикасается к тебе, твое сознание сужается до одной-единственной мысли: он.
Он нависает над тобой, мягко перекатывает вас и подминает под себя, прижимая спиной к кузову. Под вами расстелен брезент, кое-где на нем имеются пятна краски и травы, но он смягчает холодный металл грузовика.
Руки и ноги переплетаются. Ты прижимаешь его к себе, обнимаешь обеими руками, одна нога сплетается с его ногой. Он покачивает бедрами, трахая тебя сквозь одежду, потираясь своим членом о твой через джинсы и трусы, пока вы целуетесь так, как будто никогда не остановитесь. Его руки в твоих волосах, он запускает в них пальцы, сжимает в кулак. Мурашки бегут по его спине, стоит тебе погладить обнаженную кожу. Прохладный ночной воздух, стрекотание сверчков, крики сов и горячее тело, извивающееся в твоих руках. Все идеально.
Он отстраняется, всего чуть-чуть, лишь для того, чтобы тяжело дыша пропустить руку между вашими телами. Нащупав пряжку, расстегивает ремень. Вжик молнии в районе его стояка, а затем он спускает штаны.
Его член само совершенство из всех, что ты когда-либо видел. И самый настоящий из всех, что ты когда-либо видел. По сути, первый, кроме твоего собственного и тех, что были в порно. Он чуть больше твоего, слегка изогнутый, коренастый и толстый. Твой немного короче, чуть-чуть тоньше, но ты проверял онлайн и знаешь, что такой размер считается выше среднего. У Джастина, очевидно, он даже еще больше.
Твои руки обхватывают его член в мгновение ока, скользят сверху-вниз, пока Джастин стонет. Ты ласкаешь его обеими ладонями, одна сжимает ствол, другая кружит вокруг головки, поглаживая, лаская, исследуя. Ты действуешь инстинктивно, оно исходит откуда-то изнутри и подсказывает тебе, что делать, как во всех твоих фантазиях во время тех долгих бессонных ночей, когда ты дрочил себе, представляя, что лежишь с другим мужчиной.
У тебя полный рот слюны.
— Хочу отсосать тебе, — выдыхаешь ему.
Он стонет и приподнимается чуть выше, в то время как ты смещаешься вниз, пока не оказываешься лицом напротив его паха, а его член тяжело покачивается перед тобой.
Взять у него в рот, сродни тому, что вставить ключ в замок. Это как видеть восход солнца над океаном. Как будто нашел то, что считал навеки утерянным. Твои глаза прикрываются, и ты стонешь, всасывая его так глубоко, как только можешь.
Именно этого ты так жаждал. Именно это было тебе так необходимо. Это то, без чего ты не можешь жить. Он сыплет ругательствами где-то над тобой, удерживая свой вес на руках, и ты чувствуешь, как дрожат его бедра.
Дотягиваешься до своего члена и дрочишь его, размазывая предэякулят, выступивший на головке. Черт, ты хотел бы сосать ему часами, сосать, пока не кончишь, но он дрожит все сильнее, уже не может сдерживаться. Он подтягивает тебя выше, соскальзывает и падает, накрывая тебя своим телом, целует сильно и напористо, пока его член трется о твой живот. Слюна растекается по коже.
Это ты сделал. Ты сделал его член влажным. Ты сделал его настолько каменным.
Он расстегивает твою ширинку до конца и стягивает с тебя джинсы, а потом ваши члены оказываются рядом, скользят друг по другу. Ты двигаешь бедрами быстро и яростно, трешься изо всех сил, твоя слюна облегчает скольжение, пока вы стонете, целуетесь и трахаете кожу друг друга. Это чертовски заводит, чувствовать его в своих объятиях, ощущать его тело, его член рядом со своим. Это все равно что летать… или что-то очень похожее на полет, свободное падение. Это словно прыгнуть с обрыва и не знать, чем все закончится.
Но чего-то все равно не хватает, и ты продолжаешь пытаться трахнуть его кожу сильнее, стараешься выгибаться сильнее, вжиматься в него глубже. В тебе все отчетливее ширится необъяснимый зуд, который жаждет удовлетворения, но ты не знаешь, что это.
Пока его рука вдруг не хватает тебя за задницу. Сжимает. И один палец погружается меж ягодиц, массируя твой вход.
Ты стонешь и подаешься на палец, почти толкая его внутрь себя.
— Да, — стонешь ты. — Да…
Именно этого ты и хочешь.
Джастин переворачивает тебя, приподнимает на четвереньки и стягивает с ног джинсы вместе с трусами. Ты дрожишь в кузове его пикапа, обнаженный и открытый для всего пустующего мира, на глазах у которого Джастин становится на колени позади тебя.
Должно быть, у него есть что-то, какая-то смазка, что-то в его машине. В кузове стоит ящик с инструментами, как и у всех парней в округе, и он мгновение роется в нем. Что-то влажное льется тебе на задницу. Что-то густое.
Некоторое время он разрабатывает тебя пальцами, ты слышишь, как он потирает свой член и сыплет ругательствами себе под нос. Когда он вводит в тебя три пальца, ты дергаешься, задыхаешься, едва не кричишь. Это больно, но именно этого ты и хотел, а когда он вытаскивает пальцы и пристраивается позади тебя, ты дрожишь, но не из-за того, что тебе холодно.
Джастин прижимает свой член к твоему входу.
У тебя остается всего мгновение, полвдоха, прежде чем он войдет.
Ты вскрикиваешь, и он зажимает тебе рот рукой, чтобы заглушить звук.
— Ш-ш-ш… — шепчет на ухо. Его член уже частично в тебе, головка внутри твоей задницы, но он замирает. Вы оба застываете. — Хочешь, чтобы я вышел?
Ты отрицательно мотаешь головой. Черт, нет. Не тогда, когда ты наконец-то трахаешься по-настоящему. Когда получил то, чего хотел уже целую вечность. Ты скулишь в его ладонь, всхлипываешь, моргаешь сквозь слезы, застилающие глаза. Он чертовски огромный. Это больно, но при этом так невероятно потрясающе. Он в твоей заднице, и тебе еще никогда не было так хорошо.
Не спеша, он проникает внутрь, и ты чувствуешь напряжение, которое от него исходит. Он продвигается очень медленно, терпеливо ждет, пока ты дрожишь, пока пытаешься дышать после каждого преодоленного дюйма. Пот капает тебе на спину. Его пот.
Погрузившись в тебя полностью, он склоняется над твоей спиной и целует твои плечи, вздыхает, оглаживает бока, грудь и спину.
— Так туго, — выдыхает он. — Ты такой чертовски тугой.
— Первый раз, — удается прохрипеть тебе. — Никогда не делал этого раньше.
— Черт, — шепчет он. — Ты отлично справляешься.
Поначалу он медлителен и нежен. Чтобы ты привык к его толчкам внутрь-наружу. Он входит и выходит медленными, глубокими ударами. Пока ты не начинаешь подмахивать в ответ. Пока не начинаешь требовать большего.
Тогда он начинает трахать тебя.
На всю длину, глубоко, его член скользит в тебе, его бедра работают не останавливаясь, отстраняясь и со звонким шлепком врезаясь в тебя снова. Ты стонешь, пикап раскачивается, и звук шлепков плоти о плоть заполняет тихую ночь. Ты не можешь поверить в происходящее. Ты наконец-то трахаешься. Ты наконец-то испытал, каково это, когда тебя трахает мужчина.
Это удовольствие и боль, страсть и агония. Тебе одновременно больно и в то же время нравится это, нравится быть заполненным его членом, и ты отчаянно хочешь больше, хочешь глубже. Ты подмахиваешь, врезаясь в него задницей. Он хватает тебя за бедра, крепче прижимает к себе. Ты слышишь, как Джастин хрипло рычит, когда его толчки ускоряются. Шлеп, шлеп… Ваши тела врезаются друг в друга.
Ты не можешь больше терпеть. Хватаешь свой член и яростно его надрачиваешь. Глаза зажмурены, и ты тяжело дышишь, задыхаешься, хлопаешь рукой по кузову пикапа. Все происходит слишком быстро, слишком сильно, волны внутри тебя внезапно накатывают одна за другой, поднимаются слишком высоко. О боже, ты сейчас кончишь… и кончишь так чертовски сильно, как никогда прежде, но на этот раз оно рождается не в твоих яйцах, нет, оно рождается глубже. Ощущение зарождается в твоей заднице.
Ты стискиваешь зубы и рычишь, зарывшись лицом в тряпку и двигая рукой, сжатой на члене, так быстро, как только можешь. Твой член взрывается, в то время как задница сжимается вокруг члена Джастина, пока ты продолжаешь содрогаться в оргазме.