Она кидает взгляд на Космоса, который напряженно сидит с закрытыми глазами и выстукивает какие-то только известные ему ритмы по колену. Он вернулся таким напряженным от отца, еще посмотрел на неё таким долгим серьезным взглядом, но ничего, кроме «поехали» не сказал, хотя кажется хотел. Сзади сидит Фил, свесив голову на грудь и дремая. Рядом с ним ящик с выпивкой, которая позвякивает тихо.
Она чувствует себя беспомощной и бесполезной немного. И ужасной дочерью, потому что оставила маму одну дома, предпочла поехать с парнями, вместо того, чтобы остаться с ней. Еще соврала, сказала, что будет ночевать у Синицкой.
Мила снижает скорость, когда видит впереди свет фар. Они уже едут по проселочной дороге, не по шоссе, и в такой поздний час увидеть здесь машину — это странно. И хорошо, что она снизила скорость, потому что встречная машина просто останавливается поперек дороги. Это не просто машина, а милицейский «Жигуль».
— Черт. Этого не хватало, — Мила рычит и сжимает руль крепче.
Космос тут же открывает глаза и со злостью говорит:
— И откуда ты здесь взялся, урод?!
Фил дергается резко:
— Что такое? А, Космос?..
— Приплыли, — Космос отзывается мрачно. — Не видишь — менты!
Им наверно нечего бояться. Мила достаточно трезва, и права в заднем кармане её шорт, так что наверно им нечего переживать. Но она все равно напряженно всматривается вперед. И, к их немалому удивлению, из машины выбирается Витя.
Что вообще происходит? Он идет боком, выглядит угрожающе, выставив вперед руку с пистолетом. Почему он в милицейской машине? Что успело случиться за эти несколько часов, что они катались? В Линкольне никто не двигается. Витя все идет и опускает пистолет только тогда, когда он узнает машину. Только тогда Мила открывает дверь, но очень медленно. И Витя тут же рявкает:
— Твою мать, где вас черти носят?!
И Мила уже знает, что что-то не так. У Вити майка в крови. Господи, это его кровь? Но если он вышел из машина им навстречу, значит это не его кровь, а Сашина? Она чуть не падает, когда вылезает из машины, но Витя хватает её за талию и не позволяет ей упасть.
— Какого черта? Ты что это со стволом? — кричит она.
Фил и Космос выбираются из машины вслед за ней.
— Сюда быстрее, Сашка ранен! Быстрей, чего встали?! — Витя тянет её за собой. Но не сказать, что ей нужна его помощь, потому что она бежит к машине. — Облава, мусора кругом — мы еле вырвались!
Она находит Сашу на заднем сидении, прижимающего ладони к боку, окровавленного. Все внутри обрывается.
— Если ты умрешь, я тебя убью, — вырывается из неё.
— Милка, не боись, прорвемся, — Саша улыбается сквозь боль. — До свадьбы заживет.
И она совершенно не знает, что ей делать. Она не умеет оказывать первую помощь, у неё дрожат руки, но она цепляется в Сашино бедро и не может его отпустить, хотя и знает, что мешает сейчас. Витя пытается оттянуть её от Саши, но она отпихивает его себя. И только потом замечает человека на переднем человека. Это участковый, перевязанный бельевой веревкой, очевидно, чтобы не убежал.
— А это кто? — спрашивает Фил.
— Мент, он там на стреме сидел. Мы его вместе с тачкой взяли — на ней только и ушли, — Пчела объясняет торопливо и все же ему удается оттянуть ее от Саши. Освобождается место, и его тут же заполняет Фил. — Саню выгружайте. Только аккуратней, — Пчела продолжает говорить, держит её за руку, пока Фил и Космос медленно вытягивают Сашу из машины. Саша стонет от боли. Это кажется ей каким-то кошмаром, и вот будто с минуты на минуты прозвенит будильник, но будильник не звонит, секунды кажется растягиваются в века. Как будто из толщи воды звучит голос Вити:
— Аккуратней, говорю, у него бочина навылет прострелен!
— Что случилось-то? — спрашивает Космос, помогая вытащить Сашу из машины.
— Налетели в масках, с автоматами, шмалять начали — еле ушли! — объясняет Пчела.
— Давай его сюда! На меня!.. Полегоньку… — командует Фил, и они все-таки достают Сашу, и Фил подхватывает его на руки.
Саша закрывает глаза, Миле кажется, что он перестает дышать, и её сердце останавливается, но вот он открывает глаза и шипит сквозь зубы:
— Братья, вы-то что? Сваливайте отсюда. Пчела, бери Милу и сваливайте отсюда. Оставьте меня здесь.
— Конечно, дайте мне пистолет и я тебя сама пристрелю, — шипит Мила на него в ответ. — Мы тебя здесь не оставим.
— Тихо-тихо, Саня, — Фил удобнее перехватывает его и несет Сашу в сторону Линкольна. Мила следует за ним, смотря на бледное лицо Саши. — Потерпи… Ничего, бог терпел и нам велел, — а затем он оборачивается и кричит: — Эй, аптечку там захватите!
Мила хочет ринуться за аптечкой обратно, но Пчела кричит ей:
— Не подходи к машине. Сейчас я все принесу.
Она стоит, ждет, пока Пчела принесет аптечку, а затем, когда она оказывается в её руках, спешит к брату. Фил уже усадил его на заднее сиденье Линкольна и расстегнул на нем рубашку, Мила протягивает ему аптечку. Если бы она только знала, что делать! Но она никогда не видела пулевые ранения, её максимум — царапины и ссадины после падений.
— Мила, тебе лучше не смотреть. Иди и сядь за руль. Вдруг нам придется срочно уезжать.
Но она не сдвигается с места, пока Саша мягко не говорит ей:
— Мила, иди за руль.
Только тогда она отмирает, обходит машину и садится за руль. Она знает, что ей лучше не смотреть, но она все равно оборачивается и протягивает Саше руку. Он берет ей, ободряюще улыбается и сжимает крепко её ладонь.
— Как же тебя угораздило-то, братуха?! — Фил качает головой и разрывает пакет с бинтом.
— А, пуля дура, и я дурак, — постанывая от боли отзывается Саша.
— Ты еще тот дурак, но ты нам нужен живым. Как же я без своего старшего братца дурочка? — Мила спрашивает сквозь слезы.
Она просто не может его потерять. Вместе с ним она потеряет часть своей души.
— Ничего. У тебя вон сколько защитников: Пчела, Фил, Космос.
— Без тебя все будет не то и не так. О себе не думаешь, так хотя бы о маме подумай.
Саша не отвечает, сжимает зубы, потому что ему больно. Он сжимает её руку крепче, пока Фил приговаривает:
— Ничего, терпи, терпи, братишка… — пока бинтует его.
Возвращаются Пчела и Космос. Пчела садится рядом с ней, и переводит взгляд на него. Он смотрит на Сашу, и не сложно увидеть страх в его голубых глазах. Мила берет Витю за руку, и он смотрит на нее напряженно. Они оба не могут потерять Сашу: он — лучшего друга, она — брата.
Мила отпускает его ладонь только тогда, когда Саша отпускает её ладонь, потому что Фил устраивает его удобнее на заднем сидении. Затем Фил устраивается рядом, Космос рядом с ними, Саша зажат между ними. И ей даже не нужно команды, она разворачивается и нажимает на педаль газа, мча машину в сторону города.
— Что мы будем делать? — она спрашивает пару секунд спустя, утирая слезы тыльной стороной руки.
— Нам нельзя в больницу, — отзывается Витя тихо.
— Я как будто не понимаю. Может быть у кого-то из вас есть знакомые врачи?
Молчание — очевидный ответ.
— А очень зря. И вам стоит подумать о том, чтобы завести такое подобное полезное знакомство, — ей почему-то кажется, что это им пригодится в будущем.
Конечно есть Катя, но Катя — акушерка, и сейчас они не рассматривают ее, потому что за ней могут следить.
Они едут в молчании, пока Фил не говорит ей съехать куда-нибудь в лес, что она и делает. Фил куда лучше бинтует Сашу. И после она опять ведет машину в Москву.
Каждый план, что они придумывают, чертовски ужасен и нелеп, пока они колесят по Москве, ведь им некуда податься. Она кидает взгляды в зеркало заднего вида на Сашу, и он, несмотря на то, что бледный из-за потери крови, кажется не собирается умирать. И будто даже у него открывается второе дыхание. Она смотрит на его отражение в зеркале, когда он говорит:
— Милка, давай на смотровую.
— Хочешь на людей посмотреть и себя показать? Ну уж нет, — Мила отрицательно качает головой.