— Как вы помните, у нас по плану сегодня тест. И он будет, но пройдет без меня, — конечно же дети переглядываются между собой. Кто-то довольно улыбается, а двое отличниц хмурятся. Те, кто улыбаются, прекрасно понимают, что это значит. — Вы можете подглядывать и списывать, — и улыбки 10Б становятся еще шире. — Но только не шумите, чтобы не привлечь к себе внимание. А тесты и листы с заданием занесете Олесе, — она запинается и исправляет себя: — То есть Олесе Викторовне. Она будет в 304 кабинете после этого урока. Если вдруг меня кто-то будет искать, скажите, что я вышла. И если так произойдёт, то скажете Олесе Викторовне, кто меня искал.
Мила быстро раздает листы с заданием, потому что группа 10Б маленькая, как и все группы по английскому, у неё всего 11 человек. Она знает, что нельзя вот так уходить по своим делам и если директор узнает, то ей влетит, но плевать на директора. К тому же в 10Б достаточно разумные ребята, а у неё после их урока три часа перерыва сегодня.
🎞🎞🎞
В офисе «Курс-Инвест» на Цветном Бульваре жизнь бьет ключом, молодые девушки и парни перемещаются по коридорам с кипами бумаг, из отдельных кабинетов слышны громкие разговоры, и те люди, мимо которых она проходит, здороваются с ней, знают её в лицо и заискивающе улыбаются, потому что знают, что она сестра Саши. А она еще помнит, как «Курс-Инвест» был совсем небольшой компание. Прошло всего семь лет, а кажется, что целая вечность. Мила даже не стучится, когда входит в приемную. Люда читает журнал и вздрагивает, когда видит её, а затем спешно кладет журнал на стол и хватает какие-то бумаги. Если честно, Миле плевать, что там Люда делает в своё рабочее время.
— Виктор Павлович у себя? — сразу же спрашивает Мила, кидая взгляд на дверь, где на табличке значится «Пчёлкин Виктор Павлович».
Люда кидает взгляд на двери Вити и кивает:
— Да, Милена Николаевна. Он у себя.
— А мой брат? — Мила смотрит на дверь Сашиного кабинета.
Но Саша очень часто приезжает в офис около обеда.
— Александр Николаевич еще не приехал.
Отлично. Так она и думала, когда ехала сюда.
— Людочка, погуляй пожалуйста, где-нибудь часик. Ладно? И не говори Саше, что я заходила.
Люда кивает, начинает собирать свои какие-то вещи, а Мила заходит в Витин кабинет без стука. Витя что-то печатает на компьютере, но когда она закрывает дверь, то отрывается от экрана и смотрит на неё.
— Какой сюрприз, Милена Николаевна, — приветствует он её с широкой улыбкой.
Как будто вчера и не уходил от неё, кипя от гнева.
— Ты ничего не хочешь мне сказать? — Мила проходит к его столу, садится на стул для гостей и ставит сумку на стол.
— Я бесконечно рад тебя видеть. Но ты кажется сказала, что между нами все кончено, — он продолжает улыбаться, а затем отворачивается обратно к экрану.
Решил её игнорировать. Это уже интересно.
— Что-то вчера тебя это не остановило.
Он кидает на неё один короткий взгляд:
— Мне было любопытно на кого пал твой выбор. И он меня удивил, — Витя что-то набирает на клавиатуре, а затем продолжает: — Не думал, что тебе может понравиться кто-то вроде этого Кирилла.
— Не тебе судить о том, кто может нравиться, а кто нет. И что ты наделал? Зачем ты его избил?
Мила не хотела, чтобы Кирилл пострадал. Витя кидает на неё удивленный взгляд:
— Избил? Я? — он показывает на себя, а затем вскидывает ладони вверх: — Боже упаси.
И конечно же он врет и даже не краснеет. Не чувствует свою вину. Если вообще когда-либо чувствовал себя виноватым. Витя и чувство вины — это две линии, которые никогда не пересекутся вместе.
— Виктор, — со злостью говорит она.
Зачем она вообще сюда приехала? Пристыдить его?
— Ты знаешь, что меня заводит, когда ты злая и зовёшь меня полным именем? — Витя смотрит на неё этим взглядом, от которого по телу бегут мурашки, а возбуждение появляется слишком быстро. И тут же мелькают воспоминания о том, как они занимались сексом здесь, на этом столе, и на том диване у стены. Это как будто уже рефлекс, выработанный за многие годы — она видит его и хочет. Но она здесь не для этого.
— Зачем ты его побил? — Мила скрещивает руки на груди, спрашивает холодно. Лишь бы он не понял, что даже если она и злится на него, то все равно хочет.
Витя усмехается, голубые глаза насмешливы. Он пожимает плечами:
— Он упал неудачно. Но такова уж доля неудачников.
Конечно чувствует себя выше многих других людей, которым повезло намного меньше, чем ему. Нет, это не только Сашина заслуга, что они поднялись высоко. Они сделали это вчетвером: Саша, Витя, Космос и Фил. Братья не по крови, но по духу.
— Это не смешно, — она поднимается с места, подходит к нему и тыкает пальцем ему в лицо. — Не смей приближаться к нему или запугивать? Он тут не причём. Это только между нами.
Витя откатывается на офисном кожаном кресле чуть назад, задирает голову, чтобы посмотреть на неё, потому что сейчас она возвышается над ним.
— Нет, Милена. Между нами уже ничего нет, ты сама так сказала, — его лицо без эмоций.
Он использует её же слова против неё самой.
— Держись от него и меня подальше, — говорит она и отходит от него, хватает сумку и идет к двери.
Нужно уйти. Иначе выскажет ему всё, что она думает о нем, обвинит его во всем, а затем расплачется. Мила уже собирается открыть дверь, как он говорит насмешливо:
— Кстати, он рассказал о том, что ему пришлось добираться до дома в мокрых штанах?
Мила замирает, но не убирает ладонь от дверной ручки, а поворачивается слегка:
— Почему в мокрых штанах?
Что Витя еще такого сделал?
— Что не ясного то? Обосцался парнишка от страха. Или может слишком много чая выпил. Вот и не дотерпел до дома, — Вите приносит это удовольствие.
Для Кирилла это должно было бы травмирующим моментом в определенной степени. Поэтому конечно он не рассказал об этом. Но Вите смешно от этого своего поступка.
— Это было очень некрасиво с твоей стороны, — Мила качает головой, не скрывая звучащее в её голосе разочарование.
И нет, она не разочарована Кириллом. А вот Витей — очень, он просто хулиган и задира.
— Зато для тебя это хороший повод подумать над тем, нужно ли тебе такое сокровище, — он продолжает ухмыляться, как будто не понимает, что он не прав и повел себя он как скотина. — Милка, с милым рай в шалаше, это не для тебя. Ты же принцесса. Думаешь, что он будет обращаться с тобой, как с принцессой? Так вот, нет. Ты будешь для него товарищем и опорой, если вдруг что случится, а такие типы, как он, ох как легко оказываются в дураках, — Витя говорит это все с насмешкой, не скрывает этого, сидит развалившись в кресле, считает себя круче, чем все остальные.
— Не представляешь, как я хочу тебя убить сейчас, — она шипит на него. — То, что ты сильнее и круче, не означает, что ты можешь издеваться над теми, кто слабее тебя. Или запугивать людей только потому, что ты можешь это сделать.
И пока она говорит, Витя подходит к ней, вжимает её в дверь, забирает сумку и кидает ее на стул, а его лицо оказывается очень близко к ней, он проводит своим носом по её щеке, а затем смеется:
— Что? Хочешь меня убить? — и как-то неожиданно в её руках оказывается пистолет, который он вкладывает в её ладони. — На, стреляй, — он сам направляет дуло в свою грудь. — В самое сердце. Или то место, где оно должно быть, потому что мы выяснили, что у меня нет сердца.
Он наваливается на дуло пистолета, смотрит на нее с вызовом. Пистолет в её руках не первый раз, она знает, как стрелять, знает, как обращаться с оружием. Пчёла научил. А сейчас смотрит и наблюдает за ней. Думает, что она не выстрелит? Но Мила снимает пистолет с предохранителя, смотрит в Витины глаза, а затем резко стреляет поверх его плеча. Но выстрел не звучит, отдачи тоже никакой нет, и она смотрит на пистолет, понимая, что пуль там и не было. Витя закатывает глаза и смеется, забирая у неё пистолет, прячет его за спину, а затем дотрагивается до её подбородка и приподнимает её голову: .