Отец оглядывает зал — лениво, но внимательно. Словно фиксируя, кто пришёл и с каким выражением лица встречает его маскарад.
Я не смотрю. Не хочу. Я до сих пор в замешательстве.
— Итак, для начала, — произносит отец с небольшими паузами, — позвольте представить вам мою дочь. Альбина Андреевна.
Небрежным жестом указывает в мою сторону. Смотрит не на меня — на всех остальных. Я — как витрина его гениального стратегического хода.
Мне приходится хотя бы бегло окинуть присутсвующих взглядом. Кто-то кивает, кто-то улыбается, кто-то просто смотрит, едва заметно усмехаясь, а кто-то позволяет откровенно оценивать. Да-да. Та самая Альбина, которую никто не видел пять лет. Та, о которой, уверена, столько шептались.
Мои губы растягиваются в улыбке — сдержанной, хладнокровной, идеально отрепетированной. Но внутри… Я знаю, что ни на кого из них я не смогу положиться. Это марионетки отца. Кто-то уже ненавидит меня за сам факт моего существования, и будет терпеливо ждать, когда я допущу ошибку.
А найдутся и такие, кто охотно поможет упасть, в самый трудный момент ударив в спину.
Глава 9
В некогда любимые глаза шоколадного цвета, теперь больше напоминающие бездну греха и порока, не смотрю. Но это мало помогает. Потому что смотрит он. Я чувствую его взгляд, чувствую его прикосновения, словно это было не ночью, а секунду назад. Он, конечно же, тоже сидит за столом, лениво, почти снисходительно развалившись в кресле.
— Альбина, — наконец он поворачивается ко мне, — надеюсь, ты уже успела ознакомиться с предоставленными тебе отчетами.
— Да, — коротко киваю.
Я неделю разгребала то, что мне набросали его руководители. Но я справилась, и теперь готова приступать к работе.
— Хорошо. Тогда с сегодняшнего дня ты будешь работать в тесной связке с Виктором Аркадьевичем. Он, как ты уже знаешь, сын моего давнего партнёра. Вникает в бизнес. Мы планируем большие шаги, и, разумеется, тебе полезно будет поучаствовать. С этого начнётся твоя практика. Сегодня у тебя только встречи. Познакомишься ближе с руководителем каждого отдела. Инна составила твоё расписание, — кивает на женщину, сидящую чуть поодаль, — ну и Родион — твой ассистент, тоже поможет тебе втянутся в процесс.
Как мило. Всё для меня. Краем мысли отмечаю, что Родион — старашечка, сам сразу прибежал ко мне знакомиться. Все стараются выслужиться. Но я никому здесь не верю. Каждый из них — шестёрка отца. И даже Тим…
Фу. Как же противно находится здесь.
Почти усмехаюсь. Почти. Внутри — только холод и отвращение. Я не задаю вопросов. Зачем? Всё уже решено за меня. Как всегда.
Виктор, тем временем, слегка наклоняется в мою сторону: — Я рад, что мы с вами, Альбина, теперь коллеги.
Значит, мне вчера не показалось. Кое-кто уже раскатал губу? Но нет, это уже слишком. Я приехала сюда работать, таков был уговор. Свою часть я старательно выполняю. Пришло время и отцу выполнить свою.
Кивнув, игнорирую его. Прислушиваюсь, присматриваюсь. Отец отдает еще несколько общих распоряжений, после чего вдруг произносит:
— Думаю, остальные могут быть свободны. Альбина, Виктор, останьтесь.
Все встают. Выходят. Среди них Тим, но я запрещаю себе смотреть в его сторону. Таращусь в записную книжку перед собой. Отстой. Придётся приучать всех пользоваться современными технологиями, а не портить бумагу.
Дверь закрывается с мягким щелчком. Тишина, в которой слышу только звук собственного пульса в ушах. Оказывается, он слишком неровный, слишком взволнованный.
— Мы с Виктором уже обсудили стратегию, — начинает он. Голос у него почти тёплый. Неестественный. — Если всё пойдёт как надо, к началу следующего квартала вы оба будете курировать ключевой проект. Альбина — направление PR. Виктор — инвестиционную часть. Полный контроль — с вашей стороны.
Слово «контроль» звучит как кляп. Или как пощечина.
— Уверен, вы найдёте общий язык, — добавляет он, словно между делом.
И всё бы ничего. Но отдельные детали так и норовят собраться в пазл, который мне совершенно не нравится. Вчерашнее невинное словесное заигрывание Виктора. Намёки отца. Ведь это намёки, мне не кажется? И брошенная Тимом фраза насчёт замужества.
Нет. Он ведь не может… Неужели отец и правда…
Стоп.
Я делаю глубокий вдох. Он всё может. Он способен на всё. И это было бы очень в его стиле — втихую притащить мне нового “партнёра” и наблюдать, как я проглатываю ядовитую пилюлю.