Вот как. Я — имидж. Гладкая обложка, с которой удобно начинать презентации. А еще залог “слияния”.
— А ты так с каждым меня “слиять” собираешься? — начинаю, но тут же прикусываю язык. Его красноречивый взгляд незамедлительно напоминает, где моё место.
Я хочу возразить. Хочу возмутиться. Крикнуть, что это безумие. Но язык больше не слушается.
— Только с одним. Это пойдёт тебе только на пользу. На тебя будут смотреть как на партнёра, а не на как свободную мишень.
Приглашаю вас в свою новинку “Обручённая с Дьяволом”.
Хочу обратить внимание, что новинку подам на конкурс, так что написана она будет быстро, до 25 июня. НО! ОЧЕНЬ НУЖНА ВАША ПОДДЕРЖКА В ПРОЦЕССЕ. Спасибо ❤️
!Здесь график не меняется, через день, если есть возможность – каждый день.
!Не забывайте оставлять комментарии и звездочки. Эти простые действия позволяют увидеть книгу большему количеству людей. Судьба этой истории и автора в ваших руках. Без поддержки я просто потеряюсь в таком количестве книг(
криминальный любовный роман, эротика
#властный герой #принудительный брак #девственница
Аннотация
— Сядь ко мне на колени, невеста. Привыкай.
— А если я откажусь?
— Тогда тебя принесут. Уже без платья. И не ко мне. Мои ребята любят красивых девочек.
Он не улыбается. Просто смотрит.
И я сажусь.
Меня выдают замуж за мужчину, которого боится весь город.
Даниил Чернов не кричит. Он говорит — и люди исчезают. Его называют дьяволом. Он — наследник клана. А я — часть сделки, в которой никто не верит в мою наивность.
Сбежать невозможно. Отказаться нельзя. Остаться — страшно.
Он обещал, что не тронет меня… если я не трону его первой.
Но когда я поняла правила этой игры, он уже начал их переписывать.
Глава 12
Он смотрит прямо в глаза. Не давит, не угрожает. Но ему и не надо. Достаточно того, что его взгляд говорит: ты — вещь, шестерёнка в системе, и должна работать и приносить пользу.
Я отвожу взгляд. Это слабость. Но я не выдерживаю. Я боюсь, чтобы не расплакаться.
— Я думала, я должна просто вернуться и работать.
— И ты работаешь. Всё идёт согласно плану, — произносит он, будто ничего не произошло. — Просто теперь ты будешь приносить пользу не на половину. Ты ведь способна на большее.
Я ощущаю, как пальцы стискиваются в кулак.
— Это... не было частью договора, — выдавливаю.
— Ты уверена? — он откидывается назад и смотрит на меня вопросительно. Не ожидая ответа, продолжает почти миролюбиво: — Всё, что нужно — это немного терпения и здравого смысла. Уверен, Виктор тебя устроит. Он сдержанный. Умный. Послушный. К тому же молодой и привлекательный. А главное — знает, когда стоит открывать рот, а когда лучше промолчать, — с явным намёком произносит.
Идеальный для моего отца. Только замуж почему-то выходить должна я.
Молчание между нами натянуто как струна. Я почти не дышу. Не могу. Здесь всё пропитано ядом, фальшью и обманом. Ловушка может скрываться в мелочах, а уйти мне не позволено.
Мне страшно. Грязно. Душно. А петля всё затягивается и затягивается…
— Ты ведь и сама понимаешь, — добавляет он, — ты не в том положении, чтобы отказываться.
Напоминает, конечно же! Душит, сволочь. Дёргает за повод, если вдруг забыла, как плотно он обмотан вокруг моей шеи.
Грязный крючок, на который он снова меня ловит. Я должна была предугадать. Не стоило наивно полагать, что “отец на такое не способен”.
Я улыбаюсь. Медленно. Механически.
Глотаю пилюлю.
— Конечно, папа. Как скажешь.
Но ходить по грани, это, наверное, моё призвание. Потому что, прежде чем по небрежному жесту отца отклоняться и свалить, я сдержанным, почти небрежным тоном задаю вопрос:
— А что здесь делает Тимофей Рыков?
Отец откидывается в кресле, не меняясь в лице. Ни удивления, ни раздражения. Только взгляд становится чуть острее. Лезвие, слегка вытянутое из ножен.
— Работает, — отвечает спокойно. Как будто речь о каком-нибудь менеджере среднего звена, а не… чёрте из ада, что приходит в мои сны. — Я взял его под своё крыло. Вытащил из грязи, помог избежать тюрьмы. Теперь он преданно служит мне.