И джинсы. Не брюки, не костюм. Джинсы, чёрт возьми. В этом зале, полном блеска и делового пафоса, он как вызов.
И кто же это такой, кто позволяет себе такую роскошь — быть собой? Или он тоже играет роль…
Я даже чувствую лёгкое раздражение — за то, что он привлёк моё внимание. Широкоплечий. Высокий. В каждом движении — лень хищника, который просто позволяет себе быть в стае, но в любой момент может перегрызть глотку. Такие никогда не пресмыкаются, ничего не боятся, и всегда получают то, чего хотят.
Мой типаж. И это раздражает ещё больше. Потому что я давно не реагирую на мужчин. Не оцениваю. Не замечаю.
Какого чёрта?
Провожаю свои мысли горькой усмешкой. Глупо. Я вернулась не ради приключений и не ради новых историй. Впереди — работа. Бизнес. Договора и подписи, отчёты и переговоры. Всё, что прикажет отец. Только бы выполнил своё обещание.
Я уже собираюсь отвести взгляд, когда мужчина поворачивается в профиль.
Мир рушится за долю секунды.
Меня пронзает дрожь. Ноги подкашиваются, я хватаюсь за край стола, чтобы не упасть.
Бокал остаётся в руке, но пальцы ослабляют хватку.
Не может этого быть…
Дорогие читатели, рада привествовать вас в новинке. Будет эмоционально, горячо и насыщено. Надеюсь, история вам понравится. И не забывайте, что коментарии, отзывы, звездочки - всё это мотивирует и вдохновляет писать чаще.
Глава 3
Мне срочно нужно выпить. Это не может быть на самом деле. Я не могла видеть там его.
Как? Откуда? Что ему здесь делать? О чём он может говорить с моим отцом?
Нет. Это просто кто-то похожий на него. Просто совпадение. Не более.
Я снова смотрю в сторону отца. Туда, где секунду назад мелькнул этот профиль. Но папа уже говорит с кем-то другим.
Ничего. Всё в порядке. Мне просто показалось.
Я не ищу его. Правда. Я просто… внимательно осматриваю зал, стараясь вжиться в новую реальность, в этот отрепетированный маскарад.
Но взгляд всё равно мечется. Чуть резче, чем нужно. Сердце колотится так, словно я не на приёме у отца, а сбежала с места преступления.
Вдох — выдох. Холодная маска. Никакой паники. Я умею держать лицо. Я умею играть.
— А вот и моя красавица! — громкий голос отца разрезает воздух, как хлыст. Я вздрагиваю — непроизвольно, будто на автомате. — Альбина, подойди.
Отпив глоток вина, необходимый для смелости, опускаю бокал на ближайший поднос. Выпрямляюсь, расправляю плечи. Собираю себя заново.
Вдох. Улыбка. Шаг.
Я снова в игре.
Отец сжимает мой локоть — чуть сильнее, чем нужно, — и почти выставляет вперёд, как трофей. Жест притворно мягкий, но в нём ощущается контроль. Как у человека, который водит куклу по сцене, держа за невидимые нити. Его гордость. Его имущество, которым можно хвастаться перед другими коллекционерами.
— Позвольте представить вам мою дочь, — говорит с гордостью, за которой спрятано чувство собственности. Не любви. Владения.
И дальше — всё как по сценарию.
Один за другим важные люди, весомые имена. Кто-то из партнёров, кто-то из старых друзей, кто-то из тех, о ком я должна «знать» по фамилии, по досье, по слухам.
Я улыбаюсь. Киваю. Подстраиваюсь под ритм.
— Очень приятно… Рада знакомству… Конечно, наслышана…
Фразы отлетают от губ автоматически. Мозг работает в фоне, отслеживает ключевые слова, как будто это бизнес-презентация, а не семейный приём.
А внутри — всё пылает. Не от алкоголя. От тревоги.
— Виктор Аркадьевич, — представляется следующий. — Слышал, вы только вернулись.
Он молод. Слишком молод для этого аквариума седых акул. Стрижка, как у актёра из дорогих сериалов, очки в золотой оправе. Улыбка вежливая, наигранно тёплая. А вот взгляд… внимательный. Слишком внимательный.
Что-то в этом взгляде заставляет насторожиться. В нём нет пошлости, но есть оценка. Расчёт. Он не смотрит — он измеряет.
— Альбина, — с интонацией почти наставника произносит отец. — Виктор — сын нашего давнего партнёра. Очень перспективный молодой человек, — отец вдруг кладёт ладонь мне на спину. Слишком явно. Как будто подталкивает. — Уверен, у вас с Виктором много общего.
Чуть не вздрагиваю, но удерживаюсь. Улыбаюсь, как учили.
— Возможно.
Оставшись наедине, с Виктором беседуем недолго. Но достаточно, чтобы я поняла: он здесь не случайно. Его сюда привели не ради вина и канапе.
Вывод простой и очевидный:
Он — не мой вкус.
Но, кажется, я — его.
Вскоре появляется кто-то ещё. Мужчина в возрасте, женщина с хирургически натянутым лицом, кто-то из бывших знакомых отца. Слова, лица, фразы. Всё размыто. Как в воде. Как в дурном сне.