– Ладно, – устало выдыхаю, потирая переносицу. – Попробуем поискать через другие источники. Свободен.
– Есть! – секьюрити отзывается и покидает мой кабинет. А я встаю и смотрю на часы. Время обеда, но аппетита нет никакого.
Я надеялся еще утром получить все данные на свою новую гостью, но охрана не справлялась без начальника. Дьявол!
Стряхиваю пиджак со спинки кресла и натягиваю. Работа не прет, не могу усидеть на месте, будто внутри меня завели моторчик и пока он не раскрутится и не тормознет, я не смогу успокоиться.
В последнее время мне кажется, что я начал сходить с ума. Кажется, что Зои вернулась домой. Но это невозможно, ведь я держал ее бездыханное тело в руках. И я точно знаю, что ее больше нет.
Боль от этих мыслей притупилась, но все равно, стоит мне вспомнить о Зои, все внутри сжимается как кусок фольги. До ее гибели моя жизнь обрела хоть какой‑то смысл, а потом так же быстро и болезненно его утратила.
И Герман знает, как надавить на больное. Где он только нашел ее, такую похожую на Зои и одновременно совершенно другую? Вижу ее, сердце сразу дробь отбивает. Хочется подойти, зарыться в ее волосы, в глаза заглянуть и увидеть там вселенную. Но меня парализует, стоит только увидеть Лилию, почувствовать ее запах – чужой запах, не такой, каким пахла Зои. Я хочу ее до дрожи и одновременно не могу позволить себе этот океан боли, что накрывает, стоит вспомнить, что это не она. Слишком трудно было обрести подобие равновесия после ее утраты. Слишком больно было учиться жить заново. И когда я смог наконец вдохнуть без отягощающего давления под ребрами, появилась Она. Чужая. Не моя. Другая. Но не менее желанная.
Подхожу к папке на столе и смотрю в улыбающиеся глаза Зои.
– Скажи мне, что за чертовщина творится?… – произношу в пустоту кабинета, но фото лишь безмолвно улыбается и не дает мне ответа на вопрос, который так мучает.
Закрываю папку, прячу в сейф и покидаю кабинет.
Секретарь встает со своего места.
– Сеймур, вы уже уходите? – она растерянно смотрит мне вслед.
– Перенеси все встречи на завтра, – отзываюсь, покидаю шумный офис, не понимая, что со мной происходит. Там, дома не она. Но ноги все равно несут меня к машине. Сажусь за руль спортивного седана, выжимаю педаль, гоню в особняк.
От города почти час пути, но я не замечаю этого, руки до побелевших костяшек сжимают оплетку.
Паркуюсь около дома, охрана, удивленная моим возвращением раньше времени по струнке вытягивается. Парни стояли у крыльца, обсуждали что‑то, и я швыряю ключи от тачки Эду.
– Припаркуй. Демьян где?
– В подвале с новенькой… – шепотки затихают, как только награждаю их яростью во взгляде. Охрана тут же разбегается по сторонам, а я поднимаюсь на крыльцо. Сотовый звонит. Открываю дверь, параллельно доставая мобилу из кармана. Стискиваю зубы, отвечаю.
– Здравствуй, братец. – Вкрадчивый голос Германа неприятно напрягает. – Как тебе мой подарок? Оценил по достоинству?
– Пока не пробовал, – отвечаю натянуто, – а что, уже хочешь ее обратно?
– Читаешь мысли… Слишком лакомый кусочек тебе достался. Поделись, не будь жадным.
– А разве подарки дарят с возвратом? – вхожу на кухню, удивленная Зарина охает и улыбается, но делает это безмолвно, видит что я на телефоне. – Если так сильно хочешь ее, приди и забери. Где мой дом ты знаешь.
– Не дерзи старшему брату! Кто только тебя этому научил? – Герман издевается, и я киваю на вопрос Зарины об обеде. Да буду обедать. Она делает знак, что накроет в столовой. – На самом деле я звоню по делу.
– А я уже думал, ты соскучился… – отрезаю раздраженно.
– Я подарил тебе Лилию, но по странному стечению обстоятельств, из особняка пропала и Мирослава. – Он перешел на деловой тон, издевки в его голосе больше не слышно. – Ты случаем, не прихватил ее в качестве трофея?
– Зачем мне чужое?
– Хм… – Герман хмурится, слышу это по напряжению в скрипучем голосе. – Значит, не твоих рук дело. Ладно… Проверю каналы. Если услышишь что‑то, дай мне знать.
Командует, я лишь фыркаю и отключаюсь. Надо поговорить с Демьяном и выяснить, на кой черт он похитил бабу Германа. Сейчас эти проблемы ни к чему, тем более отношения с братом каждый день становятся все напряженнее.
Вхожу в столовую, толкаю дверь, углубившись в свои мысли, и замечаю какое‑то движение. Лилия вскакивает из‑за обеденного стола, выронив из рук приборы, которыми орудовала над куриной грудкой.
– Сеймур?