Глава 29
Сеймур ждет меня внизу. Он переоделся в джинсы и футболку, и я украдкой протираю ладошки и бедра, обтянутые голубой джинсой, которую мне предложила Саша. Мой спутник выглядит так волнующе в одежде, которая ему не свойственна. Высокий статный, широкоплечий. Мое сердце замирает в груди как птичка, в поле зрения хищника. Сеймур Орсини мой палач. В обычной жизни мы никогда не встретились бы, и сейчас где‑то глубоко в душе я понимаю, что рада, что наши судьбы все‑таки пересеклись.
– Я сложила обед вам с собой, – заботливая Зарина входит в холл с большой корзиной. Оттуда веет умопомрачительным ароматом выпечки и свежего кофе. – Доброе утро, дорогая. Как спалось?
Видит меня, спустившуюся с лестницы, и расплывается в улыбке.
– Доброе утро, – отвечаю ей тепло. Сеймур берет из рук управдома корзину и кивает в сторону выхода. Улыбаюсь заботливой Зарине. – Спасибо, хорошо…
Отвечаю и следую за хозяином дома, глядя как его мышцы играют под обтягивающей футболкой, когда он перекладывает корзину из одной руки в другую, чтобы открыть для меня дверь.
Мы оказываемся на крыльце, мне в лицо ударяют лучи полуденного солнца, и легкий ветерок подхватывает мои волосы и словно прикосновением гладит шею.
Я жмурюсь. Прислоняю ладонь козырьком ко лбу и смотрю, как мой спутник спускается по лестнице.
Следую за ним. Нас ожидает черный спортивный седан, Сеймур кладет припасы на заднее сиденье и открывает для подошедшей меня пассажирскую дверь.
– Спасибо… – прохладно отвечаю ему и сажусь. Через несколько секунд он оказывается за рулем, и мы трогаем.
Я не рассмотрела путь от дома Германа сюда, ведь местность мне не знакома, да и ехали мы ночью. Зато сейчас с упоением отмечаю живописные сосны, растущие плотными рядами. Они словно выстроившиеся по струнке солдаты, отдающие воинское приветствие генералу на черном спортивном седане, который уверенно летит мимо строя, расслабленно развалившись на водительском.
– Знакомые места? – спрашивает негромко. Его красивый голос наполняет мои вены чем‑то пьянящим, сродни игристому. Пульс начинает ускоряться.
– Нет, я никогда не бывала тут прежде, – отвечаю честно и снова поворачиваюсь к соснам. – Но места красивые. Мне нравится мягкость здешней природы. Сейчас разгар лета, а температура едва ли приближается к двадцати пяти. Не очень жарко и вполне комфортно.
– В Сибири всегда так, – он жмет плечами, а я округляю глаза, но тут же спохватываюсь и беру себя в руки. Мы что, в Сибири? Далеко же занесло моих похитителей. Дядя никогда не догадался бы искать меня здесь…
– Вам повезло с погодой… – произношу ровно и складываю руки на груди.
Сеймур выруливает с лесной дороги на высокую трассу и выжимает педаль в пол. Остальная часть пути проходит в молчании. Мы даже радио не включаем, каждый погружен в свои мысли.
Через полчаса мы снова съезжаем с дороги и оказываемся на извилистой лесной тропе. Машина медленно лавирует между соснами, Сеймур пару раз цепляет днищем дорогу, и я вижу, как он морщится, но с его губ не срывается ни одного ругательства.
Подъезжаем к высоким воротам. Они состоят из железных прутьев, и вдалеке я вижу высокие ангары. Сеймур мигает фарами, и из будки охранника выходит мужчина в униформе. Он подходит к воротам и открывает их, сбрасывая железную цепь с прутьев. Мы заезжаем на территорию, и я жадно оглядываю обстановку.
– Чья это ферма? – срывается с моих губ раньше, чем я успеваю обдумать свой вопрос.
– Моего друга, – отзывается и паркует машину около бревенчатого домика, явно служащего административным корпусом. Выходит, обойдя капот, открывает дверцу для меня.
– У тебя есть друзья? – выхожу из машины, задавая вопрос ироничным тоном. Орсини сдерживает улыбку. Я взволнована, мне нравится поддевать его, но я боюсь зайти слишком далеко. Прощупываю почву медленно и аккуратно. Вздрагиваю, когда вместо того, чтобы отступить Сеймур вытягивает руку и опирается ей о дверную арку, преграждая мне путь. Слева от меня дверь, впереди он сам, справа его мускулистая рука. Я в капкане его рук, но хуже того капкан его взгляда, заставивший окаменеть, когда поднимаю голову, чтобы на него посмотреть.
– В это так сложно поверить? – глухо произносит, делая свой голос еще на две октавы сексуальнее. Его взгляд опускается с моих глаз ниже на губы, которые облизываю, подавляя волнение. И тут же отрывается от них, возвращаясь обратно. – Думаешь, у такого, как я, не может быть друзей, принцесса?
Он снова называет меня так, и меня едва уловимо коротит. Почему из сотен вариантов обращений он выбрал именно то, которое как удар током на меня действует?