Черт, хватит. Надо держать себя в руках.
Водитель тормозит у ворот резиденции и сообщает.
– Вам повезло, сэр. Обычно особняк закрывают для посещения на ночь. Но в честь грядущего празднества тут работают службы кейтеринга, и вы сможете пройти на территорию без помех.
– Какого празднества? – буркаю, затемняя экран мобилы.
– Вы не в курсе? Принцесса Виктория утром выходит замуж за герцога Германского. Их обвенчают в Кафедральном соборе в полдень.
Стоп! Что?
– Замуж? – переспрашиваю, стараясь погасить внутренний протест. Меня буквально надвое разрывает от злости и ненависти. Замуж. Прекрасно устроилась!
– Да. Об этом весь город шумит. Викторию потеряли, она почти месяц не появлялась на публике, и прошел слушок, что ее похитили… – Водитель такси рассуждает так, будто гребаную свечку держал. – Но в начале недели вице король выступил с заявлением, что его племянница в добром здравии находится дома. И сообщил, что они с семьей герцога решили перенести дату свадьбы на более ранний срок, чтобы успеть до коронации.
– А герцог он…? – формулирую вопрос, стараясь не употреблять нецензурных слов, хотя те так и рвутся с языка.
– Старик, что с него взять… Ему уже шестой десяток пошел, а он одно что жениться собрался на нашей Виктории. Где ж это видано отдавать такую молодую девушку за старика? Так то бишь традиции и договорные браки. Этих аристократов не понять… – Водитель паркуется около крыльца, где уже стоят несколько грузовичков с живыми цветам.
Рабочие проворно снуют вокруг, украшая вход во дворец и прилегающий парк. Я протягиваю водителю нал авансом и обращаюсь задумчиво.
– Дождись меня.
Тот кивает, горящими глазами глядя на купюры.
Покидаю машину и поднимаюсь по миллиарду ступеней в чертов дворец чертовой принцессы, которая собралась выскочить замуж, хотя моя постель еще не остыла после нашего с ней секса.
Толкаю дверь, мне тут же преграждает путь мужик в костюме.
– Я хочу видеть короля, – или как там этого хрыча зовут.
– Его величество уже отдыхает, – охранник хочет развернуть меня, но он не понимает, что я не собираюсь уходить отсюда, пока не добьюсь своего.
– В таком случае передай старику, что завтра вся пресса будет трубить о похищении его дражайшей племянницы в чужой стране, – произношу буднично, и охранник напрягается.
– Ждите здесь, – указывает на кушетку в холле и торопливо удаляется.
Я сердито окидываю холл взглядом, морщась от напыщенности окружающей обстановки. Минут пять вокруг царит тишина, потом дверь сбоку открывается и оттуда выходит этот цербер в костюме.
– Вице король Иаков готов принять вас. Пройдемте, – обращается ко мне, ведет куда‑то по коридору. У меня руки чешутся нарваться на драку, но сейчас я здесь не за этим.
Целый месяц я боролся с собой. Меня швыряло от дикого желания увидеть ее снова к такому же желанию не видеть никогда. Безысходность подавляла. Мне до зуда в пальцах хотелось придушить Викторию и до жжения под ребрами снова ее поцеловать. В конечном итоге я не выдержал и сорвался в ее гребаную страну, и что же я тут вижу?
Канун ее свадьбы. Просто прелесть. Оказывается принцесса весьма ветреная натура.
– Спасибо, Гилберт, – скрипучий голос старикашки напоминает мне о том нашем разговоре в моем кабинете. И судя по всему, мы сейчас поменялись местами. Как только за охранником закрывается дверь, король меняется в лице и повышает голос. – Да как ты, щенок, посмел угрожать мне?
– Я хочу увидеться с Викторией, – произношу спокойно. Пока спокойно, хотя меня уже начинает трясти от злости. – Она может быть беременна от меня. Я должен знать, если это так.
Старик вдруг неожиданно откидывает голову назад и начинает хохотать.
– Претендуешь на трон? А может, хочешь титул? Или зачем еще такому, как ты, заявляться во дворец в половине девятого вечера и сыпать угрозами? От денег ты отказался, насколько я помню. Передумал? Назови сумму!
Делаю пару шагов к королю и цепляю его за грудки, хрипя от ярости.
– Засунь свои деньги себе в задницу! Мне не нужны ни они, ни титул. Я хочу знать, беременна она или нет…
– Хочешь знать? – он не уступает мне в ярости, но его тон ледяной как воды Арктики. – Да! Она была от тебя беременна! Но она сразу же избавилась от этого мерзкого выродка, как только узнала…
Белая пелена ярости слепит. И я прихожу в себя только тогда, когда охрана оттаскивает меня от старика. Я успел нанести только один удар, но этого хватило, чтобы король не смог подняться после. Меня удерживают трое. Я настолько озверел, что не сразу это понимаю.