Сердце замирает, когда вижу его внизу, окруженного друзьями. Он поворачивает голову, наши взгляды встречаются.
Папа берет меня под руку, идем не спеша. Осталось самое сложное — преодолеть лестницу. Она кажется мне сегодня бесконечной. Каждый шаг, каждая ступенька превращается в гулкое эхо.
В его глазах — целая вселенная, и она принадлежит мне. Забываю, как дышать, не чувствую ног. Кажется, вокруг никого нет, только мы вдвоем.
Мы начинаем медленно двигаться к нему. Друзья Демида расступаются, уступая нам дорогу. Он стоит неподвижно, прожигая меня взглядом. Вблизи он еще более ошемителен, чем из окна.
Когда мы останавливаемся прямо перед ним, папа крепко сжимает мою руку и передает ее Демиду. В его глазах — гордость и любовь. Демид берет мою руку в свою, нежно сжимая пальцы. Тепло разливается по всему телу.
— Малышка, — его голос хрипловат, делаю еще небольшой шажочек. — Ты прекрасна...
Улыбаюсь в ответ, не в силах произнести ни слова. Все слова кажутся лишними.
Без лишних слов притягивает меня к себе, оставляя на губах легкий, почти невесомый поцелуй.
Выездная церемония проходит в какой-то суматохе, стыдно признаться, но я буквально не запомнила ни слова из речи девушки-регистратора. Мои глаза, все мои мысли были только об одном мужчине, не хотелось упустить ни одной эмоции на лице своего без пяти минут мужа.
Только когда я говорю свое тихое, но уверенное «да», на меня обрушивается всё. Громкие поздравления гостей и родных, кто-то громко выкрикивает поздравления, кто-то просто вытирает слезы.
Супруг... Бог ты мой, Демид, мой муж, тоже с трудом сдерживает свои эмоции. Замечаю, как подрагивают его пальцы, когда он надевает на мой палец кольцо. Мои руки дрожат не меньше.
— Объявляю вас мужем и женой, можете поздравить друг друга!
Демид не спеша наклоняется ко мне, задевая своими губами мои. Поцелуй нежный, почти невинный, но мне и этого хватает, чтобы вспыхнуть, как спичка.
А потом друзья, родные громко поздравляют нас, по очереди заключая в объятия. Следом мы все направляемся в ресторан при отеле.
Ресторан утопал в цветах и свечах, создавая атмосферу волшебства. Столы ломились от изысканных угощений, в воздухе витал аромат дорогих духов и предвкушения праздника. Первый танец был словно в замедленной съемке, казалось, что время остановилось, и мы остались одни в этом огромном зале. Демид крепко держал меня в объятиях, а я чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете.
Тосты, поздравления, конкурсы — всё слилось в один яркий калейдоскоп. Я старалась запомнить каждое мгновение, каждое слово, каждое выражение лица любимого человека.
Ближе к вечеру появляется ещё один гость, которого не было на церемонии. Невольно в горле пересыхает. Огромный, просто здоровенный, как медведь, в деловом костюме, который разве что не трещит на нем. Как он вообще в него втиснулся?!
Эта груда мышц направляется в нашу сторону, как в него буквально влетает Поля, засмотревшись на выступление одной из приглашенных певиц. Он что-то ей говорит, прижимая к себе, от чего на всегда уверенном лице проступает дикая ярость, а взгляд мечет молнии, готовые испепелить все живое.
— Демид, надо помочь, — уже привстаю, как супруг придерживает меня, уходя сам на помощь моей подруге.
Незнакомец, несмотря на свою внешность, выглядит жутко. Весь его вид показывает нечто животное и хищное. Нутро буквально кричит, что нужно бежать.
Мужчины идут к столику над чем-то смеются, после чего муж представляет ему меня.
— Анна, рад знакомству, — голос у него на удивление мягкий, бархатный, а вот взгляд… Брр! По спине табун мурашек пробегает. — Я Владимир, старый приятель вашего мужа.
Киваю, говорю стандартную фразу, а сама ухожу искать Полю, давая мужчинам время поболтать. Но вместо неё замечаю Инну, которая буквально вжата в стену, а над ней нависает Ян и что-то возмущенно рычит.
А как всё тихо начиналось, но у этих двух ещё с самого начала пробежала искра, так что туда тактично не лезу.
Поля сидела на скамейке, обхватив себя руками, хотя вечер был довольно теплым. Вид у нее был растерянный и немного испуганный.
— Полечка, ты чего тут одна? Что-то случилось? — присаживаюсь рядом, обнимая ее за плечи.
Она шмыгает носом, пытаясь выдавить из себя хоть слово, но получается только невнятное мычание. Крепко обнимаю ее, давая выплакаться.