- Но, если они создали наш мир, то откуда появились сами? - удивленно спросила Эвелин. Освальд с уважением посмотрел на девушку, - ему тоже эта история казалась больше похожей на сказку для наивных детей, - ведь, если мира не было, то откуда могли появиться эти истинные пары? Не из воздуха же! Которого, судя по всему, тоже тогда еще тоже не было…
- Мир существовал всегда, с самых незапамятных времен, - отозвался Страж. – Он не может просто так взять и появиться или исчезнуть. Ну, или история его создания мне просто неизвестна, - ведь, наверное, как и все остальное, он должен был откуда-то взять свое начало… Вопрос лишь в том, каким был мир и как он был устроен… В те времена, - а я их прекрасно помню, - мир был устроен так, что правили сильнейшие, - а остальные полностью подчинялись их воле и желаниям. Не было ни лесов, ни озер, - лишь вулканы, извергающие золото. Необычное, как вы понимаете, - вернее, совсем не такое, к которому все мы привыкли в этом мире. Это золото было самой магией, в чистом виде, - оно-то и давало силу тем, кто был у власти, - остальных же прикосновение к нему могло уничтожить, - попросту сжечь. Золото обладало особенной силой, - пуская его песчинки по ветру можно было уничтожить армию врагов, но песок мог и обратиться во все, что было угодно тому, кому он был покорен. Он был, если возможно так сказать, солью земли, единственной силой того мироздания. Мрак тогда окутывал мир. Бесконечные войны шли между двумя сильнейшими родами правителей, разделившими между собой власть над миром. Население либо добывало золотой песок для правителей, - часто неся огромные потери, либо воевало за власть, от которой ни одному из воинов не было никакого проку, либо прислуживало правителям, - в услужение старались попасть все, это было самым безопасным способом выжить.
- Золотой песок, на который было наложено заклятие, превращался в черную пыль. Она не просто убивала, - но убивала, доставляя страшные мучения, порабощала волю, превращая воинов одной из сторон в послушные и безвольные орудия другой, разрушала дома и оружие, могла заставить что-то выполнить, могла во что-то превратить, - естественно, во что-нибудь ужасное, наподобие чудовища, или оборотня, или вампира, высасывающего кровь и силы из своих жертв… Вампиры были нужны, - они высасывали со всем прочим любовь из людей, передавая ее силу тем, кому служили, - так оба рода становились могущественнее и только благодаря этому самим им смесь золотого и черного песка не могла причинить вреда, - да, да, именно любовь, которой в них ни капли не осталось, давала защиту и иммунитет, - вот они и вытягивали ее, откуда только было возможно…
- Но почему тогда любовь не защищала тех, кто любил? – удивилась Бэлинда.
- Защиту и силу давала не только любовь. Важно было, чтобы в любящем не было страха. Правители его не ведали, - впрочем, им и незачем было бояться, самим-то им, в отличие от остальных, было известно, что страх только усиливает действие золота, что стало черным. А вот остальные этого не знали. И с ужасом бросались спасаться, завидев проклятый ветер, направляющийся в их сторону… Их страх лишь усиливал силу наложенных проклятий, - и силу вреда, который он причинял… Но любовь все-таки пробилась сквозь толщу войн и ужаса, поглотивших мир. Три пары любящих, объединившись, решили изменить положение вещей. Каждый из них изначально смирился со смертью в случае неудачи. Каждому из них было страшнее от того, что мир останется прежним, нежели от мысли, что у них не получится, и они погибнут. Так, сами того не понимая, они стали неподвластны силе проклятого ветра, - и силе обоих правящих семей. Любовь же, объединявшая их, дала им немыслимую силу. Так проклятый ветер был сметен с лица земли, а с ним и уничтожено все зло и прежние правители. Так появился мир, в котором мы теперь живем.
- И вот проклятый ветер, получается, вернулся… - пробормотал Блэйз, почти ненавидя собственное тело за то, что оно стало источником такой вот мерзости.
50
- Но ты говоришь, что Дейна, - потомок одного из родов основателей! – изумленно вскричала Ареа. – Неужели потомок кого-нибудь из них мог бы желать возвращения прежнего мироустройства?