Спустя жалкие минуты мне включили восстановленные фрагменты. Пересматривая снова и снова одно и то же десятки раз кряду, видел все ту же картину: Андрей, Катя, Марина и подруга Ани — больше никого не было. Со стороны улицы и подавно.
Называется: сиди и думай, копошись в голове, выискивая самые гадкие причины такого поступка. Но тут хотя бы одна причина ясно вырисовывалась, сбивая меня с ног своей абсурдностью. Я был абсолютно уверен, что среди всех входивших на такое могла бы пойти только Катя. И пусть часть записей ещё не восстановлена, интуиция шептала в самое ухо имя настойчивой мухи.
Я не знал, что сделать, чтобы не сорваться в этот самый момент. После нелегкого разговора с Аней чувствовал себя вдребезги разбитым, будто бы все внутренности перемешали и вытянули.
Я пытался сдержаться, чтобы не разнести ближайшую стенку на мелкие фрагменты, но увы, моего терпения оказалось не так много, и потому в следующий миг обветшалая штукатурка посыпалась на кафельный пол, а рука снова представляла собой кровавое нечто.
Решили добраться через нее? И какими методами? Зачем? Можно просто подойти и выстрелом в лоб все решить.
Влетел в кабинет и достал виски, хотя мне сейчас ничего не помогло бы расслабиться. И даже не успел поднести стакан ко рту, как дверь распахнулась. Без стука.
Вызывающей походкой с исключительно развратной улыбочкой на лице в кабинет вошла Катя.
— Вызывали?
— Зайди и закрой дверь.
У нее просто отвратительные духи, они вызывали спазм в желудке и тошнотворные чувства каждый раз, когда Катя оказывалась в радиусе трех метров от меня. Я понять не могу, кому они вообще могли бы нравиться хоть кому-то.
И эта адская смесь усиливалась с каждым шагом. Подошла ближе ко мне. Стоя спиной к двери, я ощутил поглаживающие движения на спине.
— Говорил тебе прекратить подобное поведение? Когда и почему в твоей голове возникли мысли, что я захотел бы тебя трахнуть? Если бы ты была последней шлюхой на планете, я бы не стал мараться. Знаешь, почему? — приблизился вплотную к ней и прошептал в самое ухо. — У меня бы на тебя просто не встал.
Девушка побледнела и осунулась, вопросительно приподняв бровь. Губы затряслись, и, вероятно, я смог бы поверить в ее чувства, если бы внутренний радар не кричал об обратном.
— Ты сможешь остаться на своей должности, только уже не здесь, если ответишь на вопрос. Если ты соврешь, я испорчу тебе жизнь. И единственное место, где тебя возьмут без проблем, — это низкосортный бордель, — покрутив стакан с янтарной жидкостью в руках, продолжил, — кто тебя подослал передать конверт?
Катя затряслась всем телом. Обильно накрашенные ресницы затрепетали. Взгляд опустился на пол и мне все стало предельно ясно.
— Я не понимаю, о чем вы.
Отлично. Схватил за грудки и прижал к стенке, переместив руки на шею.
— Говори, иначе я найду рычаг давления и поверь мне, я бываю очень плохим человеком с теми, кто переходит мне дорогу.
Она схватил меня за руку двумя руками в попытках оттянуть от себя.
— Я не знаю ничего, он сказал лишь, что хочет помириться со своей девушкой. А я…я хотела, чтобы она отлипла наконец от …тебя.
Задыхаясь от нехватки воздуха, царапала мне руку.
— Кто он? — прошептал, высматривая хоть малейший намек на ложь. Но то ли от страха за себя и свое будущее, то ли от шока происходящего было видно, что не врала.
Отпустил и отошел на шаг в сторону двери, не хотелось дать ей возможность улизнуть. Жалкие всхлипывания разнеслись по кабинету.
— Он…он сказал, что это просто подарок, чтобы…она его простила. Подошёл ко мне в кафе и попросил передать.
Девушка без остановки заламывала руки, продолжая строить плаксивое выражение лица. Не верю.
— Опиши его.
— Высокий, очень худой и в черных очках.
Ох*еть, какое точное описание. Да половина города подходит под него. И что с этого имеем? А ничего не имеем, мы все так же в тупике, выйти из которого не представляется возможным.
— И, конечно же, он не оставил никакой информации для связи с ним?
Отрицательный кивок в ответ был сродни контрольному выстрелу в голову.
Я хотел заполучить хоть кого-то, чтобы иметь мизерную информацию о враге. Черт возьми, хоть кого-то, кто подошёл настолько близко. Все попытки оборачивались провалом, а время утекало сквозь пальцы.