Я видела вокруг нас другие корабли, чьи драконьи головы рассекали неспокойное море. Воины стояли у бортов, их бороды развевались на ветру, топоры и мечи сверкали в лучах бледного северного солнца. Среди них я снова увидела других женщин — одни в страхе жались друг к другу, другие гордо стояли рядом со своими похитителями.
Сцена сменилась, и внезапно я оказалась в большом зале. В массивных очагах пылал огонь, отбрасывая мерцающие тени на деревянные стены. Я увидела себя там, одетую в простую льняную сорочку, среди пирующих воинов. В руках у меня были блюда с мясом и рога с элем. Когда я наклонилась, чтобы подать еду группе мужчин, я почувствовала, как грубые руки схватили меня за бёдра.
В мгновение ока моя сорочка была задрана, и я оказалась согнута над столом. Тарелки и чашки с грохотом полетели на пол, когда крепкий воин вошёл в меня сзади. Остальные мужчины подбадривали его и смеялись, выкрикивая непристойности. К своему стыду, я услышала, как мой собственный голос присоединился к их крикам, умоляя о большем.
Фантазия размылась и снова сменилась. Теперь я лежала в маленькой хижине на меховой подстилке. Меня окружила группа женщин, которые бережно обтирали мой округлившийся живот тёплыми полотенцами. Я с удивлением смотрела на свой округлившийся живот, чувствуя сильные толчки растущего внутри меня ребёнка. Ребёнка воина. Наследника моего господина.
МАРИЯ
Я снова услышала голос Алена. Эрик в последний раз погрузился в меня и вышел. Казалось, прошла всего секунда, прежде чем в мою маленькую щелочку проник другой твердый член, уже третий. Я чувствовала, что становлюсь влажной. Я поняла, что мне будет неудобно ходить, когда мой господин ослабит мои путы и поднимет меня со скамьи, где он сделал из меня женщину, но эта мысль заставила меня снова закричать и кончить под огромным членом Хенрика.
Ближе к утру всё моё тело начало болеть от непрекращающегося секса. Каждый воин-викинг по очереди брал меня, используя моё измученное тело для своего удовольствия. Растущее ощущение того, что Ален был прав насчёт меня, что каким-то образом — наряду с унизительным чувством, которое это вызывало во мне, — мне это было нужно, боролось со стыдом за то, что я потеряла девственность таким постыдным образом.
Шесть мужчин, хорошо сложенных и жестоких в своих «любовных утехах» — если я вообще могу это так назвать. Мой профессор, запретный плод моих фантазий на втором курсе. Пятеро его здоровенных, грубых друзей, с которыми я никогда не была знакома. Все они превратили нежный момент моей дефлорации в насильственную групповуху, в которой я только что стала женщиной вместе с пятью другими девушками. Все мы поклялись в полной сексуальной покорности нашим ужасающим, и похотливым господам. Я должна была почувствовать себя использованной, оскорблённой, но вместо этого я обнаружила, что какая-то часть меня бесстыдно наслаждается их вниманием.
С каждым новым проникновением моё смущение, казалось, уменьшалось, а странное чувство… принадлежности моему господину усиливалось. Принадлежности Алену и его братьям — и принадлежности к чему-то большему, чем я сама. Теперь эти мужчины были моими хозяевами, и я должна была им угождать. Я была их рабыней, и они могли делать со мной всё, что хотели. От одной этой мысли у меня по спине пробежала дрожь, и я стала ещё более влажной, чем когда-либо.
Наконец-то Ален снова оказался в моей киске. Его светлая голова появилась надо мной, когда он расположился позади меня. «Мария, — прошептал он мне на ухо, и его голос успокоил меня, — на этот раз всё будет по-другому».
Он вошёл в меня медленно, его член легко скользил внутрь благодаря обильной смазке, которую обеспечили его братья. Но на этот раз не было ни толчков, ни грубости. Вместо этого он входил и выходил с нежностью, которую я и не ожидала от такого крупного мужчины. Его руки нежно ласкали мою грудь, большими пальцами он теребил мои затвердевшие соски.
— О… Боже… — громко застонала я, когда он попал в особенно чувствительное место глубоко внутри меня. Моя спина непроизвольно выгнулась, когда волна за волной накатывало на меня удовольствие. Боль от его огромного члена, казалось, только усиливала мою потребность.
— Вот так, — пробормотал Ален мне на ухо, его голос был полон удовлетворения. — Почувствуй, как хорошо мы подходим друг другу.