Я услышала, как ахнули другие девушки. Справа от меня Кристина издала горловой звук.
— Не притворяйся, что тебе это не нужно, девочка, — прорычал Эрик. Я услышала, как его рука опустилась на задницу Кристины, а затем — влажный звук, с которым её хозяин ласкал её киску. Кристина застонала, а затем стон превратился в тихий плач, и я почувствовала, что Эрик засунул палец в её самое сокровенное место, чтобы научить свою рабыню новым обязанностям. Мои бёдра дернулись на скамье, и я не смогла сдержать собственный всхлип от этой постыдной мысли.
— Мария, — услышала я голос Алена прямо перед собой. Я поняла, что он, должно быть, вернулся с кормы, пока я была сосредоточена на Кристине. Я посмотрела на него, и моё лицо вспыхнуло от смущения и возбуждения. Его голубые глаза впились в мои, когда он заговорил.
— Мария, я не могу дождаться, когда трахну тебя в задницу, — сказал он низким хриплым голосом. — Чтобы забрать твою последнюю девственность и сделать тебя по-настоящему моей.
Я всхлипнула, не в силах отвести взгляд от его пристального взгляда. Часть меня хотела возразить, умолять его не совершать этот последний унизительный поступок. Однако звуки, доносившиеся со скамьи рядом с моей, пробудили совсем другую часть меня.
Большая рука Алена легла мне на поясницу, успокаивающе поглаживая её, пока он говорил. «Расслабься, малышка. Я буду с тобой, так что не нужно удивляться; просто решись подчиниться, потому что у тебя нет выбора».
Я почувствовала, как его другая рука опустилась ниже, пальцы скользнули по расщелине между моих ягодиц. Когда они достигли моей сжавшейся дырочки, я не смогла сдержать дрожь от страха и предвкушения.
— Ш-ш-ш, — пробормотал Ален. — Дыши глубже. Позволь своему телу открыться для меня.
Его палец обвёл мой анус, слегка надавливая. Я попыталась подчиниться, расслабиться, как он велел, но это было так трудно. Это было совсем неправильно, не так ли? Так ужасно неправильно…
И всё же, когда палец Алена проник в меня, медленно скользя в моей попке, я не смогла отрицать вспышку удовольствия, пронзившую меня. Я ахнула, непроизвольно дёргая бёдрами на скамейке.
— Вот так, — похвалил Ален. — Почувствуй, как твоё тело приветствует меня даже здесь.
Справа от меня раздался голос Эрика, строгий и властный. «Скажи мне, что тебе нужно, Кристина. Произнеси эти слова».
Ответом Кристины было рыдание. “Пожалуйста,… Я не могу...”
Резкий хлопок ладони по плоти заставил меня вздрогнуть. — Можешь, и будешь, — прорычал Эрик. — Скажи это!
— Я… Мне нужно… — Голос Кристины дрогнул от стыда и желания. — Мне нужен твой член в моей заднице, мой господин. Пожалуйста!
Эрик удовлетворенно хмыкнул, и Кристина вскрикнула — от боли или от удовольствия, я не могла понять, — когда он раздвинул ее еще шире.
Я слышал, как другие мужчины ласкали тела своих девушек, готовя их к этому финальному акту. Хриплые стоны Амели смешивались со всхлипываниями Софи и тихими поощрениями их хозяев.
Ален добавил второй палец, растягивая меня ещё больше. От ощущения жжения я ахнула, но оно не было совсем неприятным. Пока он растягивал меня, его другая рука скользнула вперёд, безошибочно найдя мой клитор.
— О боже, — застонала я, выгибая бёдра навстречу его прикосновениям. Двойные ощущения были ошеломляющими: растяжение и жжение в моей попке, толчки удовольствия в клиторе.
— Вот так, малышка, — пробормотал Ален.
Я больше не могла сдерживаться. Мои бёдра яростно задвигались на скамье, когда меня охватило сильное удовольствие. Я закричала, и мой голос эхом отразился от каменных стен, когда я достигла кульминации, всхлипывая от удовольствия.
— О боже, о боже, — стонала я, моё тело бесконтрольно содрогалось. Пальцы Алена не переставали двигаться, продлевая мой оргазм до тех пор, пока я не подумала, что могу разлететься на миллион кусочков.
Когда последние толчки утихли, я рухнул на скамейку, тяжело дыша. Мой разум помутился, пытаясь осознать только что произошедшее. Как что-то настолько неправильное могло быть таким невероятно приятным?
Глубокий смешок Алена вернул меня в реальность. «Хорошая девочка, — проворковал он, успокаивающе поглаживая меня по спине. — Ты хорошо угодила своему хозяину».
Прежде чем я успела ответить, раздался голос Алена, обращавшегося к другим Сынам Одина на этом суровом, прекрасном языке. Затем он перевёл для нас, рабынь: