Меня захлестнула волна любви, такая сильная, что на глаза чуть не навернулись слёзы. Мне не нужно было умолять, не нужно было унижаться, выпрашивая его член. Аллен понимал мои потребности, возможно, даже лучше, чем я сама.
Не говоря ни слова, Аллен перевернул нас так, что я оказалась под ним, а его мощное тело окружило меня. Жар его кожи, соприкасающейся с моей, опьянял, и я выгнулась, отчаянно желая большего. Его твердая плоть прижималась к внутренней стороне моего бедра, так близко к тому месту, где он был мне нужен больше всего.
— Это то, что тебе нужно, малышка? — пробормотал Аллен низким голосом, от которого у меня по спине побежали мурашки. — Тебе нужно, чтобы твой мужчина наполнил тебя и успокоил?
— Да, — выдохнула я, непроизвольно дёргая бёдрами. — Пожалуйста, господин. Мне это нужно… Мне это так нужно.
Я представила, как светлые глаза Аллена темнеют от похоти и собственнического желания, от которого моя киска сжалась в предвкушении. Он слегка сдвинулся, и тупая головка его члена коснулась скользкого входа в мои жаждущие объятия. Я застонала, моё тело задрожало в ожидании, когда он войдёт внутрь.
— Ты моя, — прорычал Аллен, с силой сжимая мои бёдра. — Каждый твой сантиметр. Твои тугие бёдра и твоя сладкая маленькая киска. Твоя речь, твоё сердце и твой разум — всё моё. Моё, чтобы использовать, и моё, чтобы защищать, лелеять и оберегать.
Я вскрикнула, когда его толстый член вошёл в меня сзади, и смесь удовольствия и боли наполнила мои чувства. Моя киска всё ещё была ужасно чувствительной после интенсивного секса, который был у меня ранее, но моё тело всё равно с готовностью приняло его. Когда он вошёл глубже, растягивая меня, я не смогла сдержать тихий всхлип от дискомфорта. Но даже когда слёзы выступили у меня на глазах, я почувствовала, как мои внутренние стенки сжимаются вокруг него, притягивая его ещё глубже.
— Вот так, малышка, — прошептал Аллен мне на ухо, обжигая мою кожу своим горячим дыханием. — Возьми меня всего. Твоя тугая киска так хорошо обхватывает мой член.
От его слов у меня по спине пробежала дрожь, и я прижалась к нему, желая принять его ещё глубже. Аллен начал двигаться, поначалу осторожно, помня о моей болезненности. Но даже этого медленного, бережного темпа было достаточно, чтобы искры удовольствия пронзили меня насквозь.
— Господин, — всхлипнула я, вцепившись пальцами в меха под нами. — Это так… о боже, это так приятно.
Рука Аллена обхватила мою грудь, его мозолистые пальцы дразнили мой сосок, пока тот не затвердел. «Ты создана для этого, Мария, — прорычал он, ускоряя движения бёдрами. — Создана, чтобы принимать член, доставлять удовольствие воину».
Я застонала, погрузившись в ощущения, пока Аллен трахал меня всё жёстче. Первоначальный дискомфорт исчез, сменившись жгучей потребностью, которая поглотила меня целиком. Каждый толчок посылал волны экстаза по моему телу, нарастая и нарастая, пока я не почувствовала, что моё тело вот-вот разорвёт от напряжения.
По мере того как Аллен ускорялся, я чувствовала, как погружаюсь в знакомое мне изменённое состояние. Физические ощущения — шлепки кожи о кожу, растяжение моей киски вокруг толстого члена Аллена — начали отходить на второй план. Вместо этого я почувствовала, как моя голова расширяется, а сознание выходит за пределы моего тела.
Внезапно я оказался не в тускло освещённой спальне. Я парила над льдом замёрзшей бухты, которую видела раньше, с драккаром во льду и металлическим собором на берегу.
По мере того как толчки Аллена становились всё сильнее, моё зрение, казалось, обострялось. Ледяной пейзаж предстал передо мной во всей своей кристальной чёткости. Замёрзшая бухта простиралась до самого горизонта, и лишь неровные трещины и гребни давления нарушали её белизну. Воздух был таким свежим и холодным, что каждый вдох казался мне похожим на вдыхание осколков стекла.
Вдалеке я увидел металлический собор, возвышающийся над заснеженным берегом. Его скелетная конструкция тянулась к стально-серому небу, словно памятник человеческим амбициям среди запустения природы. Строительные леса пересекались между массивными балками, создавая головокружительную решётку из металла и тени. Пока я наблюдала, по лесам двигались крошечные фигурки, их цель была мне неизвестна, но явно важна.
Но больше всего моё внимание привлёк драккар. Там, наполовину погребённый под полупрозрачным льдом, лежал древний корабль. Его деревянные доски всё ещё были видны под замёрзшей поверхностью, сохранившиеся на протяжении веков благодаря беспощадному холоду. Изогнутый нос гордо возвышался над льдом, а голова дракона безмолвно рычала в пустом небе.