Однако как только он представлял награду от королевы, все сразу становилось на свои места, снег переставал наседать и колоться, ветер исчезал, а пальцы больше не костенели от холода.
Некромант остановился перед суровым каменным дворцом. Далеко позади него высились непоколебимые белые горы, похожие на ледяных титанов, оберегающих замок.
Устремленные к небу остроконечные башни хмуро взирали с высот на землю. Неизвестно когда вставшие часы стали настоящим призраком прошлого, зафиксировав время своей гибели на числе двенадцать.
Дэгфинн прошел под стрельчатой каменной аркой, любуясь гордыми вертикальными колоннами. Все во дворце упрямо стремилось ввысь, к чему-то запредельному.
Стражи покорно пропустили гостя, узнав цель его визита. Задолго до выезда Финн предусмотрительно отправил королеве письмо, ставшее его пропуском в здешние земли, а также билетом в королевскую обитель.
Хотя, признаться, Хансен не рассчитывал, что все будет так просто. В случае неудачи он готов был перейти к плану «Б», но Фэймилл оказалась удивительно сговорчивой королевой. С подозрительной легкостью она впустила некроманта в свои владения.
Встреча состоялась в роскошном саду под стеклянным куполом. Зима не дотягивалась сюда суровыми щупальцами, и цветы безмятежно зрели да благоухали.
Королева сидела средь кустов белых роз, на мраморной скамье, в летнем платье молочного оттенка. Нежное кукольное лицо, бледная кожа, холодные серые глаза и миниатюрное телосложение. Издали она была похожа на ребенка, лишь подойдя, Финн отличил в ней созревшую девушку.
«Вот она какая, Фэймилл», — подумал Финн, и понял, что слухи о внешности королевы Рая врали. Кто-то говорил, что она худощава и страшна, кто-то звал идеалом женской красоты, а некто выражался, что Фэймилл была похожа на живого мертвеца.
На деле он видел миловидную беловолосую девочку с выделяющейся голубой прядью. Девочка явно недоедала, но этот недостаток скрывало загадочное очарование и отменный вкус. У ее узких ступней, обутых в белоснежные туфли, стояла корзинка крупных черно-красных яблок.
Неужели это та самая особа, которая подняла с колен королевство, пребывавшее в ужасном упадке до революции? И, о Морриан, неужели ей действительно за тридцать? Дэгфинну было сложно поверить. Он дал бы ей от силы шестнадцать. Ну ладно, может быть, все восемнадцать. Но никак не тридцать.
— Ваше величество, — некромант поклонился. Вторая встреча с королевой, а ведь прошло только несколько месяцев. Помнится, до последней Аралимской ночи он видел королевских особ лишь несколько раз, издали.
— Ну здравствуйте, Дэгфинн Хансен, — тон звучал так, будто Фэймилл общается со старым знакомым. Это несколько озадачило некроманта.
— Я безмерно рад, что вы благосклонно отнеслись к просьбе в моем письме. Заброшенные курганы на севере давно интересуют мою общину, — Дэгфинн заинтересованно усмехнулся.
— Я не против, чтобы вы присвоили себе эти курганы. Мертвым уже все равно на места их захоронений.
— Я надеялся на то, что вы выделите мне проводника. Я еще слишком плохо ориентируюсь в здешних землях.
— Конечно… Будет и проводник. — Дэгфинн не мог понять, то ли королева гостеприимна и податлива, то ли здесь что-то не так.
— Могу я надеяться на крышу над головой? — пытался проверить свои подозрения некромант, прося все больше.
Фэймилл бросила на него непринужденный взгляд.
— Да, вы можете надеяться на крышу над головой. Но мне тоже нужно кое-что от вас.
Этого он и ожидал. Все с самого начала казалось не так просто. Дэгфинн иронично усмехнулся: уже вторая королева что-то от него хотела. Как хорошо, что Фэй не подозревала, что Хансену на самом деле нужно от нее.
— Я вас слушаю, ваше величество.
— Дэгфинн Хансен… Твое имя известно чуть ли не всему Рансэвалю. Лучший некромант и убийца. Король преступного квартала. Кажется, в народе его зовут Червивой Ямой? — королева резко перешла на «ты». После своих слов Фэй сделала маленькую паузу: — Я также знаю о твоей семье. Твоя первая жена, ведьма Мирайе, была обладательницей сильного магического артефакта — меча, носящего ее имя. Понимаешь, на что я намекаю?
Дэгфинна будто поразило молнией от ее слов. Безусловно, королеве удалось удивить некроманта. Он и подумать не мог, что в их беседе вдруг всплывут столь болезненные факты из прошлого. Первая жена Финна, Мирайе, что взяла себе новое имя — Ривер, умерла много лет назад. Ривер подарила Финну дочь. Они назвали ее Джельдфинн, в честь Богини, которой поклонялись в родной деревне некроманта. Финн любил жену и ребенка больше жизни, ни разу за брак не изменив своему выбору. Больше всего на свете он корил себя за роковой день, когда позволил Ривер погибнуть. Если бы он только оказался рядом, если бы сумел вытащить ее из лилового пламени…