«Добыча сама плывет в руки» — читалось в алчных порочных глазах. Матильда испытала дрожь предвкушения, подумывая, кого же он выберет из девочек…
— Я очарован, — Эдик схватил ее за руку и дернул на себя. Не давая опомниться, второй рукой обнял за талию настолько плотно, что женщина выпучила глаза и раскрыла рот, аки рыба. Пикнуть не получалось, не то что рыпаться. — Хочу… Пригласить, — чуть пригнувшись к ее уху, жарко прорычал Савицкий, как нетерпеливый самец, сделавший стойку на бабу.
— К-куда? — растерянно хлопала глазами Матильда, и оглядывалась назад на двух своих охранников, которые не могли понять: «Хозяйка добровольно пошла с красавчиком или как?». Если помешают, то получат нагоняй и штраф не маленький. — Куда вы меня ведете? — она запаниковала и попробовала выдернут свою ладонь из захвата. Постоянно вертела головой, досадуя, что время упущено, они в безлюдном коридоре. Хоть заорись.
— Уже пришли, — открыв ногой дверь кладовки, он впихнул ее, успев щелкнуть выключателем.
Гневно раздувая ноздри, женщина стояла и храбрилась, скрестив руки на груди, между полок с краской и канистр с отбеливателем и гелем для стирки. Лицо с идеальным макияжем потекло страхом. Она уже не надеялась, что холеный блондин из тех извращенцев, что любят заниматься «этим» в неожиданных местах. Матильда бы ему дала. Да, сделала исключение… Но в холодных голубых глазах вместо похоти — стужа.
Глава 15
— Что это значит? — выкрикнула мадам, успевая косится на средства, которые можно использовать в целях самозащиты.
Савицкий, подперев спиной двери, не спешил с ответом. Путь она себя накрутит до предела, и начнет совершать ошибки. Человека, у которого эмоции хлещут через край проще допросить. Из него неосознанно вылезет правда.
— Знаешь, кто за мной стоит? — началась знакомая и ожидаемая песня с понтами и трясками различных знакомств. Оно понятно, шлюхи элитные, вхожие в самые высшие слои общества. Борзеть, как ей казалось, можно и на магната. Чем дальше слушал ее Эд, тем больше убеждался, что крыса неспроста встала в позу и гонор свой показывает. Пробовала бы она мирно решить вопрос, а не включи хабалку…
«Суд. Нары. Пойдешь этапом, вшей на зоне кормить»
Забавная баба. Зубастая.
Матильда моргнуть не успела, как ее челюсть оказалась в захвате цепких пальцев. Губы вытянулись вперед под давлением как у утконоса.
— Пушти! — начала брыкаться и пробовала разомкнуть его хватку, всадив ногти в кожу запястья. Ногами задрыгала, стараясь попасть в уязвимое для мужчин место.
— Я задам лишь два вопроса, Маня. И от того, как правильно ты на них ответишь, зависит твоя жизнь. Стой смирно, не трепыхайся, — отвесил ей легкую предупреждающую оплеуху, продолжая сжимать лицо, уродуя холеную морду. Сила сжатия была такова, что еще немного и хрустнет кость. — Поняла? Моргни, если дошло!
Мадам заморгала, вслух замычала, что согласна.
Савицкий так и думал, придави мразь чуток и говнецо полезет.
— Первый вопрос, — его льдинистые глаза затопил зрачок, оставив лишь небольшой ободок синевы. — Кто мстит охотникам этой базы? Второй – за что? Ты должна знать, Ма-ня, — его большой палец уперся в передние верхние резцы и надавил так, что у Матильды от боли слезы из глаз посыпались.
— С-скажу! — заскулила, умываясь слезами.
Брезгливо откинув тетку от себя, он вынул из кармана платок и демонстративно вытер руки, показывая насколько противно к ней прикасаться.
— Слушаю тебя. Внимательно, — сузил угрожающе глаза: «Только дернись, шею сверну».
— Ошибочка вышла, — запыхтела она, справляясь со сбитым дыханием и переполняющей злобой. — Дядька сплавил двух близнецов – племянниц, чтобы тем отцовское наследство не досталось. Закрытый бордель, из которого… — щелкнула пальцами.
— Выхода нет, — кивнул Савицкий, нисколько не удивляясь подлости кровного родственника. За большие деньги, люди без чести и совести мать родную закопают живьем.
— Даже если девки вернуться, то они будут опозорены перед родом.
— Этническая группа, — задумался Эдуард, и пазлы в голове начали складываться, карты ложились ровно.
— Я, дура, возьми и привези новеньких сюда. Состоятельным уродам подавай все самое свежее, экзотическое.
— Дальше, — Савицкий не оценил лирику. Все и так понятно, нечего кислород переводить в тесной каморке.
— Одна девчонка после ночи, как в воду канула. Везде искали, — она поморщилась, признавая свою вину, что недоглядела за товаром. Вторая начала на всех кидаться, требуя найти сестру. Нож столовый со стола схватила. Охранник не рассчитал. Девка худая, как щепка. Всего лишь разок ей двинул, а она возьми, да упади виском об угол камина.