— Валер, ты что удумал? — на него возмущенно взирали пылающие зеленые глаза.
— Да. Я… — он опустил глаза вниз на трусы.
Зося тоже посмотрела туда.
Один подлец, тут же почувствовал взгляд желанной женщины и начал подниматься. Указкой он торчал в сторону Зои, показывая, куда хочет.
— Прости. Запачкался. Хотел сходить в душ, — Валера прикрыл одной рукой стыдобу, краснея. — Не хотел тебя будить, — Замялся, не зная, куда себя девать.
Забыв, что штаны он только спустил до лодыжек, попробовал сделать гордый шаг в сторону. Естественно, рухнул на пол, сгромыхав всем телом… Да, так громко, будто слон упал, аж стены дрогнули.
— Кречет, открывай! — барабанил Эдик в двери. — Я слышал шум. У вас там все нормально?
— Нормально! — заверещал обиженно Валера, встав на колени и заглядывая из-за кровати в сторону двери.
— Эдик, правда ничего не случилось, — хихикнула Зоя. — Валерка звезданулся, запутавшись в штанах. — Сдала его Зоя без сожаления.
За дверью еще немного потоптался Савицкий, что-то ворча. Шаги его стихли.
— Валер?
— А? — стоя на коленях, сложил руки на постель, словно молиться собрался и смотрел на нее такими глазами…
— Ты в душ собирался, — ее губы дернулись, но тут же загасили улыбку.
— Да. Точно, — вздохнул Валера.
Глава 24
База давила на нее со всех сторон. Зоя чувствовала себя Алисой, попавшей в подземелье с нереальными персонажами. Девиц легкого поведения ей попалось больше, чем самих охотников и персонала. Они возникали ниоткуда, неприкаянно шатаясь по коридорам, словно призраки. Большинство эскортниц шарахались от нее, испуганно округлив глаза. Самые смелые были подшофе. Одна из таких, выдыхая перегаром в лицо, спросила какую-то чушь: «Где Матильда?», растопыривая руки и не давая пройти.
Пароль что ли такой между ними? Откуда Зосе знать их Матильду?
Видимо, сработало сарафанное радио, и девушки потеряли к ней интерес, ведь она не могла ответить на их «важный» вопрос.
Зоя обошла весь особняк, куда доступ был только для гостей. Она больше не просила ничего у старика, увидев его во второй раз, курящим трубку у смотрового окна второго этажа. Зосе не нравились правила про королевну и пролетарий, который обязан принести, унести, подать… Расстроилась немного, не понимая совершенно, что ищет. Встала рядом, сложив руки перед собой.
— Будет дождь, — выпустив кольцо дыма, старик продолжал смотреть вдаль.
Зоя не спорила. Легко строить из себя пророка, когда знаешь приметы или подсмотрел погоду на завтра. Только интернета и связи здесь нет… Значит, угадывает.
— В конце месяца снег выпадет, — не осталась в долгу Зося. Чего тут гадать? Зима близко, значица, в ноябре будут первые заморозки.
— Медведь заляжет в спячку, — старик запыхал синюшными губами, обхватив мундштук.
Зоя запрокинула голову, придумывая новый ответ для дедулькиного ребуса. Старик косился в ее сторону. Он был внимателен… Крайне подозрителен и насторожен. Смотрел на ее лицо пристально. Хотелось поднять руки и потрогать свои щеки руками, понять, что он там такое разглядел. В душу на мягких лапах проникало сомнение, что слова местного погодного астролога что-то значат.
Тонким писком в ушах шли помехи и Зося отступила, просто кивнув. Хрен с ним! Пусть медведи в спячку… Ей тоже не помешает. Попрощавшись, пошла в сторону жилых комнат.
Обнаружив номер, который был закреплен за Кречетом пустым, обрадовалась. После нервной и долгой дороги Зоя задремала. Она честно пыталась бороться со сном, но проигрывала усталости. Не помог ни выпитый кофе в компании странного старика, ни интересные витиеватые речи...
«Чуточку полежу и мне будет легче» — устроилась на кровати и мягкое ложе поглотило ее в видения морфея.
Снилось, как Валера смотрит на нее со стороны. Реалистичные вздохи. Запах осенней сырости, смешанный с мужским горьковатым потом. Почувствовав, что действительно в спальне не одна, обернулась.
Когда-то Зося любила смотреть как ее мужчина раздевается, пламенно горя глазами, в которых читалось обещание близости и ласки.
Когда-то Зоя, растекалась патокой под ним, комкая руками простыни и стонала в губы: «еще», выгибаясь навстречу.
Когда-то все его слова имели значение.
Неделю назад Зося ненавидела мужа. Люто. Словно не было между ними более десятка лет брака. Кречет разрушил ее, окунул в полное дерьмо. Хотел, чтобы она босая и беременная шла за ним, как собака на привязи, соглашаясь на любые подачки и предложения. Вещи, которых касался Валера, хотелось сжечь. Кожу, куда прикасался сточить наждачкой до мяса.